Александра Кужель: Ющенко сдал Юлю только ради собственной безопасности

    • Павло Вуєць
    • 29 Липня, 2013, 10:00
    • Розсилка

    Депутат-оппозиционер о том, в каком долгу перед Тимошенко остались Фирташ и Ахметов

    Для Александры Кужель – это второй заход в парламент. До этого она становилась депутатом лишь в 1994-м году, выиграв выборы на одном из запорожских округов. С тех пор по разным причинам с парламентом у нее не складывалось, а появление в списке «Батькивщины» на последних парламентских выборах вызвало противоречивые чувства. Некоторых смутило прошлое Александры Владимировны – все-таки в 2004-м она вместе со своим тогдашним соратником Сергеем Тигипко поддерживала «не того» кандидата в президенты и входила сначала в провластную «Трудовую Украину», затем в Партию регионов и напоследок в «Сильную Украину», которая была призвана стать красивой оберткой для амбиций Тигипко. Можно было припомнить Кужель и сотрудничество с Кучмой – при нем она три года возглавляла Госкомитет Украины по вопросам регуляторной политики и предпринимательства. Правда, уже в 2009-м Тимошенко устроила ей «камбэк» на эту должность и даже назначила своим советником.

    Сейчас о «бело-голубом» прошлом Кужель не напоминает ничего – в ее большом кабинете главы парламентского комитета по вопросам предпринимательства висит портрет Тимошенко, а Януковичу она пророчит досрочное падение от народного гнева. Закуривая сигарету («Снова начала курить после Майдана»), Кужель пускается в рассуждения о том, как будет проходить процесс смены власти, каким бы президентом была Тимошенко, как Яценюк поборол самовлюбленность и за что Фирташ с Ахметовым должны сказать Тимошенко «спасибо».

    «Не хочу, чтобы опять кто-то кого-то привел в президенты»

    Что вы летом делаете в Киеве?

    Работаю, что же еще. Мне надо подготовить комитет к сентябрьской сессии, поэтому должны быть оформлены все законопроекты, которые мы рассмотрели. У нас вообще комитет работал как часики, но это, к сожалению, не принесло мне удовлетворения как его главе. Есть большая разница между моим депутатством во втором созыве и сейчас: раньше мы писали действительно фундаментальные экономические законы, а ныне большинство поданных законов ничего не изменяют концептуально. Ведь люди ненавидят Верховную Раду, потому что не ощущают, как принятые депутатами законы улучшают их жизнь. Скажем, указ о введении единого налога изменил жизнь миллионов украинцев – они выдохнули, перестали бояться налоговой, стал формироваться средний класс. Таких законов сейчас нет.

    Зато власть хорошо понимает, насколько катастрофична экономическая ситуация и как плачевна финансовая, и вместо того, чтобы честно это признать, протягивает векселя и трансферное ценообразование. А это, на самом деле, удары по бизнесу и попытки залатать дырки. И при этом все видят, как на ремонты кабинетов, покупку роскошной мебели и обновление президентских резиденций выкидывают сотни миллионов бюджетных гривен.

    За трансфертное ценообразование, кстати, голосовали ваши коллеги из «Свободы».

    Они вообще голосовали за многие законы, которые я не поддерживаю. Но они самостоятельная политическая партия, со своей программой и видением развития страны. К сожалению, все эти законопроекты не учитывают реалии сегодняшней ситуации, и, следовательно, не способны ее кардинально изменить. Сейчас средств у государства просто нет – если бы у казначейства были деньги, оно бы не замораживало выплаты на местах. Но если больному не поставлен правильно диагноз, то все лечение превратится в блеф. Вот и все, что сейчас происходит со страной, – это блеф. Такая тактика дает шанс на выигрыш только в карточной партии, во всех остальных случаях она губительна. Мы должны поверить в сказку, что все хорошо – увеличивается средняя заработная плата, растет уровень жизни, но мы-то понимаем, что страна на грани катастрофы. О чем говорить, если министр здравоохранения Крыма открыто заявляет, что если люди не начнут немедленно перечислять благотворительные взносы больницам, в Крыму их все можно закрыть.

    В ситуации, когда деньги берутся только из резервов и заимствований, все ожидают обвала. Агентство S&P уже дает прогноз дефолта Украины практически на уровне с Грецией. Даже если этот подсчет некорректен, когда можно ожидать «хлопка»?

    При этом займы осуществляются практически только внутри страны и «играют» только с банками. Рынок ценных бумаг в Украине уже де-факто не работает. Печатать деньги они боятся, понимая, что все, что они нагребли за эти три года, обесценится. Сейчас – обвал промпроизводства, падает импорт… Они говорят, что у нас такой классный платежный баланс, но за счет чего? Просто импорт рухнул, а экспорт упал поменьше, потому что он и так был на дне.

    Но падение импорта подается правительством как позитив. Целей валютные резервы будут.

    Было бы замечательно, если бы мы говорили об импортозамещении, если бы у нас наблюдался рост производства. А сегодня ситуация экономического коллапса: нет денег, таможню импортерам пройти невозможно. Господин Клименко расставил кругом налоговиков, цены и традиционные коррупционные поборы еще больше возросли… Депутаты, которые пытались ввезти товар, рассказывали, что им заламывали на границе такие суммы, что проще было увезти товар обратно. Все понимают, что дешевле сейчас не работать, и не работают, – и это самое страшное. Люди едут в Казахстан, Россию, Узбекистан, Африку, Эмираты – везде ищут дело, только не в Украине.

    Юлия Тимошенко в последнем письме написала то, о чем я говорю уже длительное время: как бы я отрицательно ни относилась к Януковичу, но должно же срабатывать хоть какое-то чувство самосохранения. Когда ты понимаешь, что промышленность падает, деньги выведены из страны, дороги строить не на что, потому что откаты были по 60 %, аэропорты, помпезно возведенные к Евро, нерентабельны, бизнес «лежит», закрываются предприятия и люди остаются без работы, то нужно что-то с этим делать. Местные бюджеты берут кредиты, чтобы выплачивать хотя бы заработную плату, а проценты кто будет оплачивать? И все понимают, что в четвертом квартале выплачивать бюджетникам зарплату не из чего. Единственный вариант – действительно пойти навстречу требованиям Европы и освободить Тимошенко, и тогда, как следствие подписания Ассоциации с ЕС, может возобновиться сотрудничество с международными финансовыми институтами. Ну и прекратить, наконец, воровать.

    Вы считаете, что фактор Тимошенко так уж сдерживает кредитование?

    Как один из факторов. Заключение Тимошенко демонстрирует полное отсутствие в Украине независимой судебной системы, отсутствие права и отсутствие механизма защиты прав и свобод граждан. Для иностранного бизнеса отсутствие верховенства права гораздо страшней, чем все другие политические составляющие. В страну, где нет закона, продажные суды, коррумпированная милиция и власть, инвестиции и финансирование никогда не пойдут. Бизнес вообще в любой нормальной стране аполитичен и все, что вы делаете для развития и поддержки бизнеса, вы должны делать не ради получения политических дивидендов, а потому, что он является основой экономики и источником рабочих мест.

    Если бы президент был мудрым государственным человеком, он бы пригласил к совместной дискуссии оппозицию, специалистов по экономике и финансам, экспертов и ученых-практиков и на основе совместно выработанного плана разработал пошаговую стратегию по выводу страны из экономического коллапса. Вот у меня есть огромная схема нашей исполнительной власти – видите, сколько людей мы содержим. И за каждым квадратиком, обозначающим министерство или службу – триста, пятьсот, полторы тысячи людей. Вся эта махина должна работать по четкой схеме, как человеческий организм.

    Сейчас у народа рвет крышу. Я же понимаю, что люди все равно не выдержат и рванет сильно – и не оппозиция будет выводить на протест. Всегда и везде все делают только сами люди, из каждого «я» складывается коллективная воля к изменениям. Для того чтобы у людей, которые выйдут на улицы и майданы, было понимание, за что они борются, за какие изменения в их жизни, оппозиция должна представить план перезагрузки страны. Очень важно – не возглавить протест, а стать одной из составляющих этой коллективной воли. Вот, например, переходное правительство. Не такое оппозиционное правительство, как у «Свободы», а именно переходное. Это должен быть не орган власти, а скорее, антикризисного управления.

    И кто будет в этом переходном правительстве – поровну власти и оппозиции?

    Ни в коем случае. Это будут люди, которые на три-четыре месяца займут посты в правительстве с единственной целью – обеспечить жизнедеятельность страны в переходной период, - когда будут отставлены от власти Президент и правительство. Верховная Рада, приняв закон о выборах по европейской модели и, может, еще, проголосовав за парламентскую республику в Украине, также должна самораспуститься. И в этом переходном правительстве не должно быть ни одного случайного человека, за каждого должен проголосовать народ, каждую кандидатуру должны поддержать люди.

    А реально найти людей без шлейфа, которые были бы профессионально подготовлены?

    Сложно. Поэтому работаю над этим уже несколько месяцев.

    И многих уже нашли?

    Давайте все-таки оставим оглашение деталей на сентябрь. Без сомнения, все мои наработки сначала будут вынесены на рассмотрение фракции, чтобы мы все это обсудили, и фракцией презентовали и переходное правительство, и план перезагрузки. Эти люди должны не иметь шлейфа коррупции и быть профессиональными – то есть, зайдя в министерство, через три минуты должны знать, что делать. Они должны доказать, что знают, как остановить коррупцию в своем ведомстве и обеспечить прозрачность использования бюджетов. Повторяю, это антикризисные управленцы, которые проработают три-четыре месяца, пока пройдут новые выборы.

    А Янукович куда денется?

    Как определит народ – или сразу под стражу его возьмет, или ему будет закрыт выезд из страны.

    С таким ЦИКом и его главой он опять выиграет на выборах.

    Не будет у него главы ЦИКа. В этом и суть перезагрузки власти, что на эти месяцы народ доверяет зайти в ЦИК, ВСУ, МВД, суды, миграционную службу людям, которые обеспечат перезагрузку страны. Не знаю, когда это произойдет, но мы должны быть готовы. Задача оппозиции – не вывести народ, а объяснить, что делать и как, после того, как он выйдет.

    И с какими лозунгами народ выйдет, кроме «Банду – геть»? Потому что в той же Турции это были одни лозунги, в Египте – другие.

    У народа сейчас есть несколько наиболее важных вопросов. Отсутствие работы, отсутствие хорошо оплачиваемой работы, полное отсутствие права как такового и права на защиту, есть региональные вопросы – та же добыча сланцевого газа. Я не знаю, что выведет людей на улицы, и не собираюсь служить детонатором народного протеста. Не хочу, чтобы опять кто-то кого-то привел в президенты. Люди сейчас не верят в избирательную систему – зачем идти голосовать, если и без тебя все решат? А одной из целей перегрузки будет полный контроль над выборами и их результатами. При всех негативах Ющенко мы же уже понимали, что такое свобода слова, при нем проходили выборы в 2007-м, которые не оспаривались никем.

    Не надо любить политиков, а надо сначала понять, ты хочешь жить, как скотина, хочешь, чтобы над твоей дочерью, женой, матерью безнаказанно надругались подонки, а твоего сына или тебя самого забили насмерть в милиции? Я перед вашим визитом звонила Лутковской, мы разговаривали по поводу Раисы Радченко, которую закрыли в сумасшедший дом. Изнасилование – отвратительно, мерзко, страшно… Но внедрение практики карательной психиатрии – это возврат в самые позорные, темные годы сталинской и брежневской диктатуры.

    Я в свое время занималась авторской песней, так практически всех бардов в 70-е пытались закрывать как сумасшедших. И не только их. Только за то, что осмеливались думать не так, как было предписано КПСС. Только за то, что были смелы и талантливы, независимы и свободны духом. Сейчас наши запорожские ребята-партийцы полностью оплачивают Раисе адвоката, контролируют, насколько возможно, ситуацию. Если мы с вами этого не заметим, позволим, завтра любого, кто не понравится власти, можно так закрыть. Сделать буквально несколько уколов – и человек превращается в овоща.

    «Любого предпринимателя спросите – он попросит вернуть Кучму»

    Акции против милиции, вы считаете, заставили власть прислушаться (ведь мы видели реакцию и Захарченко, и Президента) или для нее это просто повод еще больше закрутить гайки?

    Для этой власти люди – не более чем ресурс для обогащения. Если ресурс где-то дает сбой – это сначала вызывает досаду, желание все вернуть «по местам». Если по какой-то причине вернуть ресурс в «стойло» не получается – возникает злоба.

    С этой властью, обладающей психологией преступников, нельзя пытаться играться в протесты. Вот стоит пять человек на Майдане из-за Врадиевки, а больше никого ничего не беспокоит – кто по дачам, кто в фейсбуке по клавишам выстукивает, кто по курортам, кто на рынке стоит и жалуется, что нет ни одного покупателя. Пойдите на рынок, в магазины – там нет никого. Люди покупают только продукты и самые дешевые и необходимые вещи.

    А как же зафиксированный рост розничного товарооборота?

    Это за счет увеличения цен. Вот из сообщения АМКУ следует, что рост цен составил от 22 до 70%, а заявленный рост товарооборота сколько – 12%? Так где же рост?

    Если вернуться к вашему переходному правительству, то это все выглядит гладко, если бы у Януковича совсем не было сторонников и его отстранения от власти хотели все, включая силовиков. Но не боитесь, что ситуация может перерасти в египетскую или сирийскую?

    Я абсолютно не сомневаюсь, что у Януковича есть сторонники. Посмотрите на схему органов власти и представьте, сколько людей сейчас работает в этой системе – и они побоятся потерять гарантированный властью кусок хлеба, выменянный у них на чиновничью лояльность. Только когда им перестанут платить зарплату, они могут стать на свою защиту, как вставали в той же Греции.

    Но в 2004-м все-таки Майдан организационно готовился заранее, то есть люди выходили на подготовленную площадку.

    До 2004-го было четыре года вялотекущей акции «Украины без Кучмы». А сейчас любого предпринимателя спросите – он попросит вернуть Кучму, потому что весь средний бизнес был создан при Кучме. Люди вышли на Майдан не потому, что их кто-то вывел, а потому что хотели другой жизни и поверили, что есть команда, способная построить европейскую Украину. Отвратительно, преступно, что их доверие было растоптано, предано и растрачено Ющенко. К сожалению, я долго работала с Виктором Андреевичем, и понимала, какое будет страшное разочарование и какая незавидная судьба уготована для страны с его приходом. Именно поэтому я считаю, что нельзя приводить к власти – люди должны сами выбирать, но и сами нести ответственность за свой выбор.

    Если бы в 2010-м Тимошенко стала президентом, не было бы такого же или еще большего разочарования?

    Не было бы. Я же ее знаю с 96-го, и она очень изменилась. Если бы она была такой еще тогда, много лет назад, когда пригласила меня идти с собой в «Батькивщину», я бы с ней пошла. На самом деле, не меняются только уроды, все остальные люди - меняются. В случае с Тимошенко эволюция личности произошла в лучшем направлении. В 2009-м, когда я начала работать с Юлией Владимировной, ее слова и намерения всегда соответствовали реальным делам. И еще она все читала, во все вникала и обо всем имела свое личное мнение. Единственный премьер, который на заседании Кабмина, когда уже все на третьем-четвертом часу буквально спали, до последнего момента выясняла все мелочи – какое КПД у какого-нибудь котла и какая его окупаемость. Я думала – зачем ей это надо, когда есть профильный министр, но она приходила подготовленная по каждому вопросу.

    Те, кто сегодня говорит, что ее посадили за газ – просто либо абсолютно неосведомленные люди, либо злоумышленники, преследующие вполне определенные цели.. Я помню ситуацию, когда Россия пригрозила, что отключит газ, и к Тимошенко пришли директора всех химических и металлургических предприятий. Они говорили: еще сутки и все, печи размораживаются и восстановлению не подлежат. И какое нужно было принять решение, когда Президент отозвал из Москвы Дубину, а Тимошенко просто поставили перед фактом? Тогда стоял вопрос жизни или смерти бюджетообразующих отраслей. Кстати, нынешние собственники этих предприятий Фирташ и Ахметов…

    … должны говорить ей «спасибо»?

    Да. Думаю, сейчас она многое переосмыслила, произошла колоссальная переоценка жизненных приоритетов. Для нее стали очевидны ошибки – кадровые, человеческие, стало видно, кто был не достоин ее доверия, а кто оказался настоящим… Не знаю, как у нее хватило сил достойно выйти из конфликта с Ющенко. Мне когда-то один корреспондент рассказал уникальную вещь, как Ющенко при нем говорил: «Як же я її ненавиджу цю Тимошенко. І саме цікаве, що навіть не знаю, за що». Что ж, с точки зрения психологии все объяснимо – простой парень из села, сельский бухгалтер, выведенный на большую политическую орбиту не собственными достоинствами, а вторым главой Нацбанка Вадимом Гетьманом, ущемленное самолюбие и зависть к женщине, которая выше, умнее и сильнее. У нас же много людей ненавидят других только за то, что те ярче.

    Но с Януковичем же Ющенко сумел найти общий язык.

    А что ему было делать? Ему нужно было спасать себя и свое материальное благополучие. Там только по строительству больницы, которое патронировала его жена, тысяча вопросов. По антиквариату. Где поднятые вопросы по Петру Ющенко – по всем захваченным землям и подземным магазинам? Это называется не договориться, а продаться. Ющенко сдал Юлю только ради собственной безопасности.

    «К Юле меня власть больше не пустит»

    Слухи о прожорливости так называемой Семьи соответствуют действительности или все-таки они изрядно преувеличены?

    Они преуменьшены. Когда-то я назвала эту прожорливость булимией. А от нее излечиться очень сложно, хотя и возможно. Обычно финалом в запущенной стадии является разрыв желудка. Вопрос в том, когда эта финальная стадия наступит.

    Когда мы еще работали вместе с Тигипко, я умоляла его не идти в правительство и не работать с Януковичем. А он мне отвечал, что Янукович действительно хочет реформ и изменений. И я подумала что, может, действительно, человек с таким тяжелым прошлым, который так долго и трудно шел к власти, хочет что-то сделать для людей и оставить хороший след в памяти. И тогда мы начали работать над Налоговым кодексом, Пенсионной реформой, но когда приняты были совсем не те документы, что мы с экспертами и специалистами писали, а уродливые творения чиновничьего разума, выгодные узкому кругу лиц, я за полчаса приняла решение уйти в никуда. Я вообще уникальный политик: как только команда, с которой я была в оппозиции, приходит к власти, я от «корыта» ухожу (смеется).

    Вы последний раз общались с Тимошенко в тот раз, когда с другими женщинами-депутатами прорвались к ней в больницу и там закрылись?

    Сейчас общение только через Евгению, а к Юле меня, конечно, власть больше не пустит, я теперь в Харьковской больнице «персона нон-грата». Но тогда это была абсолютно вынужденная мера, потому что к тому, что мы там увидели, ни один нормальный человек не остался бы равнодушным. Лишение свободы и пытки – это разные вещи. Папа мне рассказывал, что одной из самых распространенных в сталинских застенках была пытка светящейся лампой. Ей все время светят тебе в глаза и не дают спать. Эту самую страшную пытку не выдерживал никто, ломались самые крепкие. Так вот к Тимошенко они применяли те самые сталинские методы- пытки – представляете, что такое многие, долгие месяцы, годы спать с включенным светом, когда у тебя в изголовье постоянно сидит человек? Когда ты не можешь сделать ни одного неосторожного движения, потому что тебя все время снимают? Причем там установлены камеры, о происхождении которых не знает даже начальник колонии! А на монитор, который у них стоит на столе, выходит одновременно шесть-восемь изображений, которые, как они говорят, идут онлайн и не записываются. Только откуда тогда в Интернете потом появляются эти съемки? «Дом-2»! Вы представляете, что такое для женщины 24 часа быть под наблюдением – и когда ты в туалете, и когда в ванной. Вы представляете, что значит жизнь «под стеклом»? Не говоря уже, что она два года не была на воздухе – сама идти не может, а ее не выносят, даже окна не просвечиваются. И, кстати, в отчете Лутковской в Раде отсутствие свежего воздуха и солнечного света названо нарушением базовых прав заключенных. Правда, нарушение это госпожа омбудсмен у заключенной Тимошенко не заметила, как, впрочем, и камер, и мужчин, имеющих доступ к наблюдению за монитором.

    Более того, даже у смертников условия лучше – когда мы перед больницей заходили в колонию, им устанавливали плазму! У них там стоят телефоны-автоматы, с которых они звонят, в том числе, на мой телефон. А Тимошенко звонить нельзя.

    Вы считаете, Тимошенко все-таки вывезут на лечение за границу до Вильнюсского саммита?

    Надеюсь на это и молюсь. Вопрос же даже не в том, что у нас врачи здесь хуже, но в тех условиях, в которых она находится, она лишена возможности послеоперационной реабилитации. А она хочет окрепнуть и ходить, потому что хочет защищать себя в судах. Вы же понимаете, что для нее каждое судебное заседание могло было бы стать трибуной, возможностью донести свою политическую позицию, общения с журналистами, но она физически не может выступать и защищать себя. Мы все готовы просить ее согласиться на лечение за границей, потому что речь идет о ее жизни. Я даже Левочкину говорила: «Вы же понимаете, что можете ее угробить и что вы потом с этим будете делать?»

    Но власть, насколько можно понять, тоже ставит условие, чтобы Тимошенко в обмен не участвовала в политике.

    Считаю, что они могут ставить условия в бане, когда пьют пиво. Ставить Тимошенко условие, чтобы она ушла из политики, по-моему, не выйдет.

    «Самобвлюбленность у Яценюка была, когда он был спикером»

    Тимошенко благословила объединительный процесс в «Батькивщине», хотя многие были и остаются от него не в восторге. Как вы оцениваете это объединение?

    Я вообще не хотела вступать ни в какую партию после «Сильной Украины». И если б все шло классно и шоколадно, я б, наверно, так и осталась одним из координаторов общественной организации. Но, видя как все сложно, я написала заявление на имя Юлии Владимировны о вступлении в партию, лидером которой она является. Оно, кстати, уникально – мне, Соболеву, Тарасюку и Яценюку заявления подписала лично Юлия Тимошенко.

    Конечно, любое объединение людей – это очень тяжелый психологический момент, нужна притирка, череда компромиссов. Партия Яценюка была больше похожа на партию Тигипко. И мне с ними было очень легко общаться, потому что это состоявшиеся предприниматели, твердый средний класс, с которыми мы говорили на одном языке. У Юлии Владимировны была партия лидерского типа, где она звезда, которая за всех волновалась и переживала, оберегала.

    Но «Фронт змин» и «Сильная Украина» создавались под конкретных людей. Это разве не партии лидерского типа?

    Они создавались под лидеров, но Тигипко финансировал только центральный офис, а каждая областная ячейка была на самофинансировании. А в «Батькивщине» все шло из центра, если не ошибаюсь, централизованное финансирование присуще и коммунистам, и Партии регионов. Это два разных типа партий, поэтому неудивительны сложности объединения.

    Так и во что теперь превратится «Батькивщина» – в какой-то смешанный тип?

    Думаю, в любом случае каждый шаг и впредь будет согласовываться с Юлией Владимировной. И Яценюк, надо отдать ему должное при всех наших непростых отношениях, справляется. Через непростой и сложный процесс объединения мы пройдем с заповедью Божьей – «возлюби ближнего своего». Конечно, сложно научиться любить всех – сложных, вредных, капризных, ленивых, но сейчас это главная задача.

    Какие основные претензии у ветеранов «Батькивщины» к Яценюку? Много же говорят, что он самовлюбленный, свысока общается с людьми…

    Самобвлюбленность у него была, когда он был спикером. Мне очень импонировал тот Яценюк, с которым работала в Нацбанке, потому что он всегда быстро и легко решал вопросы. Он прошел очень тяжелое испытание властью, но сделал выводы и открыто признал свои ошибки. Он старается искать компромисс, и ни разу не припомнил ничего тем, кто ему вслед плевал. Это тоже большой талант.

    Конечно, он не может быть Юлей. Юлия Владимировна – женщина, а мужчины не обладают такими качествами. Она могла, как мама мудрая, любящая, каждого обнять, выслушать, сказать доброе слово. Вы можете представить, чтобы бабушки обнимались с Яценюком, Кличко, Тягнибоком? А Юля дала им эту возможность и у них осталась эта потребность.

    Яценюк не может чай пить со всеми и вести душещипательные разговоры, он прагматик, воспитанный другим поколением, – ему нужно коротко и четко все излагать. Но при этом он львом кинулся на «беркутовца», который бил Таню Чорновол, а после штурма Киеврады позвонил мне и поблагодарил за то, что мое плечо было рядом. Год назад он бы этого не сделал никогда.

    «Главное, чтобы Луценко не сделали разрушителем»

    Недавно центральный штаб «Батькивщины» возглавил Александр Турчинов. К каким выборам готовитесь?

    Мы все время работаем. Я, пока ехала, читала интервью Томенко, в котором он чуть ли не авторскую разработку подготовки к выборам презентует. Нас уже разделили по областям, а Тимошенко четко сформулировала всем задачи. Меня, например, Юлия Владимировна закрепила за Донецком, Просто в Запорожье, откуда я родом, есть сильная кандидатура Сережи Соболева. Знаю одно: в любом случае наша команда будет работать для людей и на людей.

    Ваше членство в «Батькивщине» улучшит позиции оппозиции в областях, на которые она, казалось бы, давно махнула рукой, в частности, в Донецкой, за которой вы закреплены?

    Не может одна личность повышать или понижать шансы. И мы никогда не махнем рукой на Донецк и Луганск, не только ради выборов. Каждое письмо оттуда и каждая встреча там – это боль. Первые слова, которые там слышишь – мы же думали, что он для нас что-то сделает. И сейчас задача: не завоевать жителей этих областей, а сделать так, чтобы они поняли свою ответственность – если их пришло на выборы 20 %, то не должно быть в протоколе 80 %. Наше дело убеждать их, а выбор они должны делать сами.

    Вы про Томенко упомянули, так он недавно заявил, что мог бы составить достойную конкуренцию Порошенко и Катеринчуку на выборах мэра Киева. Вы тоже когда-то заявляли, что могли бы баллотироваться.

    Я командный игрок, и это могло бы иметь место при одном условии – если это было бы решением Объединенной оппозиции и если бы со мной шла команда менеджеров, целью которой была бы работа на киевлян. В Киеве очень сильный средний класс, а среди него фамилию Кужель рекламировать не надо. Я была бы очень хорошим мэром и обязательно презентовала бы свою команду, способную работать для людей и во имя людей

    А Петр Порошенко будет хорошим мэром? Его потенциальный электорат – это тот же средний класс.

    И Николай Катеринчук, и Петр Порошенко будут хорошими мэрами. Николай Томенко – умный, порядочный человек, но не знаю, есть ли у него хозяйственный опыт.

    А у Катеринчука что – есть?

    Он отличный юрист и, кстати, мой духовный брат. У него есть хорошие, здоровые амбиции, желание состояться, а это всегда классно. С тем, у кого нет цели в жизни, невнятные жизненные принципы, сотрудничать рискованно, а иногда и опасно. Да и Попов неплохой, но он настолько «привязан» к команде власти, что многие вещи делает только потому, что обязан. А мэр должен быть обязан только киевлянам.

    То, что у Катеринчука сейчас такая дорогостоящая кампания, вас не смущает?

    Нет, не смущает, потому что я знаю, откуда идет финансирование.

    И откуда же?

    Могу сказать, что это не Банковая и не олигархи. Вообще это не такие большие деньги.

    Как вам активность Луценко? Удастся ли ему стать подспорьем «Батькивщины», а не ее конкурентом?

    У меня вот есть фотография, подписанная лично Луценко, – «Пламенной Александре от жаждущего перемен». Все испытания, по Библии, даются нам, чтобы нас остановить и дать время что-то переоценить, переосмыслить. Когда он пришел на съезд «Батькивщины», он много и активно общался с прессой, а потом подошел и сел с рядом с Ириной Луценко и мной. Начал бузить, что-то комментировать – ну, в своем характере. Я сказала: «Юра, почитай еще раз Екклесиаста, про «суету сует» ». Юрий Витальевич должен осознать, для чего он вышел на свободу, какова его главная цель, а в суете это понять невозможно.

    Когда он говорит, что вот мы напишем программу развития страны, я советую ему обратиться к программе, которая была написана в 2005-м году и в разработке которой участвовали все лучшие эксперты – Аслунд, Акимова, Кужель, Пасхавер. Возьмите программы, которые написал для Януковича Маккензи, – они же великолепны. Вопрос же не в том, что написано, главный вопрос в том, а с кем ты это будешь потом воплощать в жизнь. Юрий Луценко может, и уверена, обязательно станет надежной опорой для команды «Батькивщины», главное – чтоб его не сделали разрушителем. Как у него кличка была – Терминатор? (смеется) Надеюсь, что из испытаний он вышел другим человеком, и, хотя в правительстве Тимошенко мы дрались, как собаки, он остается моим другом.

    Ирина Луценко – очень весомое, значимое приобретение для политики, и я рада, что она в парламенте. Знаете, недавно прочла у Фазиля Искандера – «время, в котором мы стоим». Это значит, что человек всегда остается самим собой, как скала, не разменивая свои принципы, оставаясь верным целям и не кивая на то, что «время было таким». Жизнь продолжается, мы работаем на то, чтобы изменения в стране стали реальностью.

    Комментарі ()
    1000 символів залишилось
    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ