Олег Наливайко — о свободе слова и борьбе с «липовыми» журналистами

У Национального союза журналистов Украины новый руководитель. Председателем НСЖУ стал президент информационного агентства УНИАН. «Известиям в Украине» Олег Наливайко рассказал о скромном бюджете Союза, изгнании фиктивных членов и борьбе за свободу слова.

Вы будете продолжать начинания Игоря Лубченко или начнете работать по принципу: новая метла по-новому метет?

Нет, я за преемственность. Как бы там ни было, а Союз живет, функционирует, в нем 19 тысяч членов. Вот мы недавно были в Молдавии, так там распалось все, пустое место. Поэтому новая метла должна мести аккуратно. То, что уже сделано, — наше достояние, нам есть на что опираться. Национальный союз журналистов — не какая там проблемная, безнадежная организация.

Тем не менее, вам, как новому руководителю придется что-то менять, реформировать?

Конечно, есть немало направлений, которые нужно развивать. В первую очередь — я об этом всегда говорю — мы должны действовать сообща с другими общественными организациями, создавать защитный щит для нашей профессии. Здесь должны быть задействованы и «Стоп цензуре», и «Репортеры без границ», и независимые профсоюзы. При этом не надо объединяться, кого-то назначать начальником, кому-то куда-то вступать... Просто все власть имущие должны понимать, что если они не дают журналисту работать, будут иметь дело не с профсоюзом, не «Стоп цензурой» или Союзом, а с мощной сплоченной силой. Я собираюсь инициировать этот вопрос вместе со своими коллегами, проводить такую идеологию.

Как собираетесь бороться с хронической финансовой недостаточностью?

Финансовое состояние действительно очень сложное. Из-за этого мы практически не занимаемся работой с молодежью, слабо поддерживаем ветеранов, не занимаемся профессиональным образованием коллег. У меня есть конкретный план (я частично озвучивал его на съезде), как заработать деньги. Но зарабатывать должен не Союз, потому что это неприбыльная общественная организация, а журналистский фонд. Есть целый ряд проектов: и рекламное агентство и создание определенных медийных направлений. Заработанные деньги должны направляться на поддержку молодежи — на учебу, стажировки, пресс-туры. С другой стороны, у нас есть очень большая ветеранская прослойка. Мы обязаны создавать фонды, чтобы собирать деньги на самое необходимое — на лечение, да хотя бы на то, чтобы каждый ветеран нашей организации мог получать журнал «Журналист Украины».

Как формируется бюджет Национального союза журналистов?

Он состоит из взносов членов Союза, плюс есть строка в госбюджете в поддержку творческих организаций, а это приблизительно 900 тыс. грн, и есть коммерческая деятельность, которой занимается Журналистский фонд. Но самое главное — должна быть создана единая юридическая служба, консультационный центр, куда каждый редактор районной или областной газеты может зайти на сайт либо дозвониться в любое время, если у кого-то беда или кто-то нуждается в материальной помощи. Роль Союза и состоит в такой поддержке.

Насколько влиятелен сегодня Союз журналистов, можете ли вы помочь СМИ в решении профессиональных проблем?

Это главная задача — защищать нашу профессию и условия работы коллег. Создана рабочая группа при президенте Украины по защите свободы слова и соблюдению прав журналистов. И я, и Игорь Лубченко в ней состоим. Там мы по косточкам разбираем каждую жалобу от любого журналиста областных или районных СМИ. Перед нами сидят руководители Генпрокуроры, МВД. Они конкретно отвечают — дело берется на контроль. И результаты есть.

Какие еще проблемы ставите первыми на повестку дня?

Звучало много критических замечаний делегатов съезда, касающихся организационных проблем. Например, к Союзу прилипло немало псевдожурналистов, которые под прикрытием разных бумаг вступили в Союз, чтобы облегчить себе процесс оформления виз или получить разрешение на оружие. Словом, они преследуют разные меркантильные цели. А некоторым членский билет вообще подарили! Это, конечно, единичные случаи, но они есть. И с этим нужно бороться, потому что это дискредитирует и членский билет, и работу организации в целом.

Как считаете, журналисты-практики вступают в Союз, руководствуясь еще чем-то, кроме выгод в оформлении виз?

Мне кажется, все-таки остался еще пиетет перед самим фактом, что ты являешься членом творческого союза. Значит, тебя оценили, значит, ты действительно пишущий признанный журналист, который входит в корпоративный цех. И второй момент. Есть масса полезных для журналистов мероприятий и поездок: донетчане ездят во Львов, львовяне — в Луганск. Многих привлекает возможность участия в таких проектах. На самом деле это одна из главных моих задач — чтобы каждый понимал, для чего сюда пришел.

Насколько популярен Союз среди профессионалов? Приходится ли вам вербовать и агитировать потенциальных членов?

Вербование исключено — таких задач мы вообще перед собой не ставим, нам это не интересно. А прием достаточно большой, если уж говорить о цифрах. За 2011 год в Союз принято 1284 человека. Из них 557 — в возрасте до 30 лет. Можно проследить и динамику. В 2007 году принято 590 членов, в 2008 — 1035, 2009 — 1124 и в 2010 — 1444. Популярность растет.

Будучи секретарем Союза, вы проводили бурную деятельность организации на международном уровне. Это дает конкретные результаты?

Приведу пример. Буквально месяц назад мы были в Кишиневе и Тирасполе большой группой — 17 журналистов и редакторов. После этого некоторые молдавские газеты вышли с новостью о том, что украинская делегация разблокировала работу молдавского парламента. Там блокируют работу коммунисты, но на встречу с нами они пришли. Это политический момент. Потом мы встречались с премьер-министром, председателем парламента, руководством Приднестровья. То есть первый положительный результат — то, что наши журналисты получают прямых спикеров (причем высокопоставленных лиц), понимают проблемы соседней страны. И второй момент — устанавливают прямые контакты с коллегами из-за рубежа, заключают важные договоры. Например, в марте мы были в Брюсселе и Страсбурге, где встречались с президентом Европарламента, с комиссаром по вопросам расширения Штефаном Фюле, причем в режимах и on- и off-records. Мы рассказывали о ситуации со свободой слова, сверяли, как обстоят дела со свободой слова в Европе.

Как складываются отношения Союза с властью? Чиновники мешают, помогают, вмешиваются в работу либо игнорируют вас?

Скажем так, волнообразно. Был период, когда чиновники говорили, что Союз журналистов — пережиток прошлого и что помещения, которыми мы располагаем, надо забрать в пользу государства. Согласитесь, говорить, что организацию, в которой 19 тысяч членов нужно распустить, — волюнтаризм и популизм. Во время проведения отчетно-выборной кампании в областях и первичных организациях оказалось, что проблемы с властью были только в Харькове. Но харьковчане решили их на месте. В общем, участие власти сугубо представительское: поздравления губернаторов, пожелания, но не влияние.

Я так понимаю, что и от прихода к власти той или иной политической силы судьба Союза журналистов не зависит?

Игорь Лубченко, возглавлявший Союз 15 лет, ни в каких партиях и политических структурах не состоял. Я — точно так же не состоял и не планирую никуда вступать и баллотироваться. Поэтому на нас политические пертурбации не отражаются.