Гуляйполе: россияне уничтожают памятники, связанные с Махно
Историк, краевед Сергей Звилинский: «Исторический центр россияне испепеляют КАБами»
Российская армия фактически стирает с лица земли исторический центр Гуляйполя. Город, который был сердцем Украинской революции 1917–1921 годов и штаб-квартирой Повстанческой армии Нестора Махно, сейчас находится под сокрушительными ударами КАБов. Историки предупреждают: уникальные памятники конца XIX века могут быть утрачены навсегда. Об этом в интервью «Главкому» рассказал историк и краевед Сергей Звилинский.
По данным главы ВГА Сергея Ярмака, город остается под контролем Украины, однако бои продолжаются непосредственно в пределах населенного пункта.
«Есть информация от мэра, главы военно-гражданской администрации Сергея Ярмака: в городе идут бои, он не полностью оккупирован. В то время, когда туда можно было доехать гражданским, в ноябре-декабре, в городе оставалось около 150 человек. До большой войны было около 12 тысяч. Люди массово начали уезжать в начале марта 2022 года, когда были первые обстрелы «Градами». Мои родные тоже уехали. Но очень много людей осталось. Затем была вторая волна – уезжали уже этой осенью, когда фронт приблизился к Гуляйполю», – отметил Звилинский.
По словам краеведа, с ноября, когда началось активное наступление россиян, на город падало за день, бывало, по несколько десятков КАБов, поэтому в каком оно состоянии сейчас и насколько критичны разрушения зданий, в том числе и исторических, неизвестно.
До 2025 года в Гуляйполе сохранялась уникальная застройка рубежа XIX–XX веков, которая формировала исторический облик «столицы махновщины».
«По крайней мере до 2025 года сохранилось множество памятников: много домов командиров, штаб Махно, помещение типографии, где во времена Украинской революции издавали газеты и журналы. Эти здания – преимущественно застройка конца XIX – начала XX веков – формировали исторический ареал города, его туристическую основу. Сохранился также дом, где жил Нестор Иванович со своей женой, учительницей Галиной Кузьменко, – это купеческий дом, в котором они снимали комнату. Сохранился дом его родного старшего брата Карпа, он построен примерно в 1880-х годах и расположен на той же улице Трудовой, где стоял их родительский дом. После того, как в 1918 году родительский дом сожгли, мать переехала к Карпу, туда наведывался и ночевал сам Нестор Махно. Незадолго до полномасштабного вторжения дом Карпа выкупили и начали обустраивать там музейное пространство «Дом Махнов», – рассказал Звилинский.
Особая боль краеведов – дом Карпа Махно (старшего брата Нестора), построенный в 1880-х годах. Именно здесь часто ночевал сам «отец» Махно после того, как их родительский дом сожгли оккупанты еще в 1918 году. Перед полномасштабным вторжением здесь начали создавать музейное пространство «Дом Махнов».
«Памятников было два: один на центральной площади, второй – возле дома Махнов. Они одинаковые, изготовлены и установлены плюс-минус в одно время (в 2009 году – «Главком»). Их не эвакуировали, потому что слишком объемные, нужна специальная техника. Очевидно, и ситуация с безопасностью уже не позволяла», – констатирует Сергей Звилинский.
Несмотря на физическое разрушение стен, ученым удалось сохранить дух города. Еще в 2022 году активисты ОО «Гуляйпольские древности» успели вывезти все музейные коллекции в безопасные регионы.
«Да, в старой усадьбе местных предпринимателей, немцев-лютеран Кригеров, владельцев завода сельскохозяйственных машин и орудий. Мы отреставрировали ее и планировали назвать Музеем-усадьбой семьи Кригеров, отдельную экспозицию хотели посвятить этой семье, а в целом коллекция должна была отражать историю и культуру города и региона на протяжении XIX-XX веков», – подчеркнул Звилинский.
По словам Звилинского, в 2022 году все коллекции были вывезены.
Как известно, историк, краевед Сергей Звилинский вместе с коллегами из общественной организации «Гуляйпольские старожитности» начал обустраивать в городе музейное пространство, разрабатывал туристические маршруты, но с началом большой войны активисты вынуждены были эвакуировать музейные ценности в Запорожье. А затем по просьбе людей стали вывозить старожитности и семейные архивы из сел региона, к которым подступает фронт.