«Дизельный Мюнхен» Дональда Трампа

Для Трампа важен ситуативный предвыборный и тактический информационно-политический эффект от этой сделки
фото: Reuters

Как Трамп сыграл на руку Путину

Поздно вечером 9 октября (по киевскому времени) стало известно, что Путин и Трамп договорились о поставках дизельного топлива из РФ.

Американский президент написал, что только что завершил «чрезвычайно успешную беседу» с Путиным, в ходе которой было решено, что Россия немедленно поставит более 300 тыс. тонн дизельного топлива на американский и мировой рынки, еще 500 тыс. тонн – в течение ноября, а 1 млн тонн – сразу после этого.

«Кроме того, с учетом состояния своих дизельных нефтеперерабатывающих заводов, Россия затем, в кратчайшие сроки, поставит 3 млн тонн дизельного топлива». Для реализации этого соглашения Министерство финансов США выдало генеральную лицензию, разрешающую определенные операции с российским дизельным топливом, в частности его импорт в США. Согласно обнародованной информации, разрешение действует до апреля 2027 года.

Вместо энергетического перемирия в войне между Россией и Украиной было заключено отдельное соглашение между Трампом и Путиным, которые обменялись символическими подарками. Россия сделала «жест доброй воли» в адрес Трампа – поставку определенной партии дизельного топлива в США накануне выборов в Конгресс США. Трамп очень надеется, что это поможет республиканцам на промежуточных выборах в Конгресс США.

В обмен на это Путин добился временного снятия санкций на экспорт дизельного топлива из РФ. Но главное, что он фактически получил неофициальное разрешение продолжать разрушительные удары по Украине как минимум в течение ближайших полугода. Поэтому сделку между Трампом и Путиным можно назвать «дизельным Мюнхеном» Дональда Трампа.

Забудьте о «адских санкциях» против РФ, которых некоторые ожидали до 18 октября в соответствии с законом Линдси Грэма. Трамп доволен, как ребенок, которому российский диктатор подарил конфету. Путин забросил крючок с дизельной приманкой, и Трамп с радостью проглотил этот крючок.

Проблема этого соглашения для Украины не только в том, что сорвались почти последние надежды на какое-то энергетическое перемирие. Это соглашение является ловушкой и для отношений между США и Украиной. Путин явно хочет подставить Украину перед Трампом. Он понимает, что Украина продолжит отвечать на российские удары, в частности, будут и продолжение атак по российским НПЗ.

И тогда Кремль будет обвинять Украину в срыве поставок российского дизельного топлива в США. Экономические и политические выгоды от этой сделки для Трампа будут ограниченными как по времени, так и по реальным последствиям.

Эксперты отмечают, что поставки 300 тысяч тонн дизельного топлива на американский рынок, если и снизят цену на дизель в США, то минимально. В США за день потребляют 500 тыс. тонн дизельного топлива. Кстати, США еще и являются крупным экспортером дизельного топлива на мировые рынки (около 1,5 млн тонн в неделю, от 6 до 7 млн в месяц).

Для Трампа важен ситуативный предвыборный и тактический информационно-политический эффект от этой сделки. А вот Путин играет в многоходовую партию – и в реализации стратегии своих отношений с Трампом, и в провоцировании кризиса в отношениях между США и Украиной.

И поэтому нам нужно действовать не под влиянием эмоций, а взвешенно и гибко. Это не означает прекращение ударов по российским НПЗ, но активные контакты с американцами нельзя прекращать. Для нас важен не столько Трамп, сколько США, и нужно сохранять институциональные отношения с американской стороной.

Нужно поддерживать контакты и в рамках переговорного трека по российско-украинской войне. Эффективность американского посредничества сейчас максимально снижена, но ссориться с американцами не стоит, и этот переговорный трек нужно сохранять хотя бы на будущее.

Однако нужно думать (вместе с европейскими партнерами) о кардинальном обновлении стратегии и тактики мирных переговоров, и, возможно, о создании новой или параллельной переговорной площадки. Но в ближайшие полгода нам нужно сконцентрироваться на противостоянии России (и в войне, и в дипломатической сфере). Именно от этого зависит и перспектива дальнейшего возобновления мирных переговоров.