Как Украине сохранить собственную стратегию и сорвать планы Трампа и Путина
Конечную игру нужно не проиграть, а бесконечную – не предать
В условиях растущих противоречий между Украиной и США по поводу завершения войны, когда, по словам Зеленского, Вашингтон предпринял «шаги, направленные на то, чтобы склонить Украину к капитуляции», вспоминается концепция стратегических игр.
Кто может играть в такие игры? Прежде всего – субъекты, обладающие на это правом. Из того, что вспоминается из теории, когда-то услышанной и бегло изученной, – это «Конечные и бесконечные игры» Джеймса Карса.
Если подытожить одним предложением, то в конечную игру играют, чтобы выиграть, а в бесконечную – чтобы игра продолжалась.
В конечной игре приз внешний и окончательный: победа, после которой игра заканчивается. Шахматная партия, выборы, тендер, война.
В бесконечной же игре (а большинство стратегических игр – государства, институты, карьеры – именно таковы) выигрыш иной, и его можно расставить по приоритетам:
- право продолжать игру – и это не утешительный приз, а главный;
- лучшая позиция для следующего хода – больше ресурсов, союзников, вариантов, чем у соперника;
- возможность выбирать игру – навязывать свои правила, поле и темп, а не играть по чужим правилам.
Для государства в войне на истощение приз выглядит именно так: не капитуляция противника, а состояние, в котором он больше не способен диктовать, в какую игру вам играть.
Итак, получается: конечную игру нужно не проиграть, а бесконечную – не предать. Что это означает? Мы не можем отказаться от чужой игры – неважно, чья она, российская или американская. Отказ – это тоже ход, причем проигрышный. Если ваш оппонент или враг играет в конечную игру – ладно, играем, но как эпизод своей, а не как всю игру.
Помним, что наше условие победы не является зеркальным отражением условия противника. Это как с Ираном: он выигрывает, если не проиграл, тогда как США и Израиль проигрывают, если не выиграли.
Тема о том, почему сильные часто проигрывают более слабым, довольно хорошо описана: у слабого на кону стоит само существование, у сильного – лишь интерес, и со временем эта асимметрия воль перевешивает асимметрию сил. Отсюда вывод: нам не нужно выигрывать игру Трампа или Путина – достаточно сделать их победу недостижимой.
Далее – «играть с границами, а не в пределах» (Дж. Карс). Игрок, рассчитывающий на конечную игру, сильнее в своем поле и во времени. Если вывести игру за эти пределы: во времени (привет, промежуточные выборы), в пространстве (союзники, санкции, другие театры), в сферах (экономика, право, культура, легитимность) – мы расширим границы игры.
Далее – не стать тем, с кем воевал. Если в процессе исчезают институты, свобода, способность к обновлению – это зло. Сила здесь – это сохранение не только армии, но и способности продолжать борьбу.
И напоследок немного о миротворчестве – определить конец не как триумф, а как состояние. Цель войны – мир, лучший, чем был до нее. То есть состояние, в котором противник больше не способен диктовать, в какую игру нам играть.
Все остальное – от лукавого.