Путин использует «шпаргалки» СССР: миф о «превентивном ударе» не изменился с 1979 года
Как Кремль повторяет советские оправдания войны
Когда я слышу, как советник Путина говорит о том, что Россия опередила Украину на две недели и напала первой, я вспоминаю советское вторжение в Афганистан, где говорили то же самое: «Если бы мы не ввели войска, через две недели там были бы американцы» (или «базы НАТО»). Сегодня эта формула повторяется почти слово в слово.
Это классический советско-российский миф о «превентивном ударе», который выполняет две фундаментальные функции: снимает моральную ответственность за агрессию, которая легитимизируется как «вынужденная оборона», а захватчик превращается в «жертву обстоятельств», которая просто действовала на опережение, и подменяет реальные причины войны идеологическим конструктом. Вместо признания собственных имперских амбиций или попыток контролировать соседнюю страну создается картина экзистенциального «соревнования со сверхдержавой».
Показательно, кстати, что и само материальное доказательство этой «прозорливости» – стандартный, до боли узнаваемый прием: «найденные документы врага», якобы обнаруженные в заброшенном штабе. Это не советское и даже не сугубо российское ноу-хау, а старый жанровый инструмент оправдания агрессии – та же логика, что и в Гляйвицкой провокации 1939 года или в сфабрикованных «протоколах», которые всегда «случайно» обнаруживаются именно тогда, когда нужно алиби.
Ничего нового. Стратегическая культура Кремля не просто не изменилась с 1979 года – она застряла в той же самой системе понятий и использует те же самые риторические шаблоны, поскольку новых смыслов или аргументов для собственного общества придумать так и не смогла.
Показательно, что в случае с Афганистаном такие разговоры начались тогда, когда стала очевидной фатальность вторжения для СССР.