«Сирийский сценарий» для Ирана. Оппозиция подает сигналы из тюрьмы

Это то, чего я ждал и чего не было на радарах до сегодняшнего дня – позиция оппозиции внутри Ирана. Это та оппозиция, которая, с одной стороны, находится в тюрьмах, а с другой – когда-то была частью исламистского истеблишмента. Откровенно говоря, я думал, что под давлением потрясающих событий она растворилась в поддержке нынешней власти, но нет.

Теперь по существу. В сети появилось письмо Мустафы Таджзаде, переданное им из тюрьмы Эвин. Таджзаде – не просто бывший чиновник, это символ «интеллектуального сопротивления» внутри страны. Его позиция по состоянию на 5 марта 2026 года фиксирует главный внутренний раскол политических элит в Иране.

Во времена Хатами (1997–2005) Таджзаде занимал должность заместителя министра внутренних дел по политическим вопросам. Это была «горячая точка» в правительстве: он отвечал за проведение выборов и развитие гражданского общества в период «иранской оттепели». Его считали «мозговым центром» реформаторского крыла. Именно он стоял за организацией первых в истории Исламской Республики местных выборов, которые должны были децентрализовать власть.

В своем письме Таджзаде открыто признает то, о чем режим пытается молчать: значительная часть населения настолько разочаровалась в клерикальном правлении, что видит в израильских ракетах «шанс на освобождение». Он подтверждает, что социальная база режима выжжена: люди готовы поддерживать даже внешнего врага, чтобы избавиться от внутреннего.

Самая сильная часть его письма – это предупреждение о «сирийском сценарии». Война не принесет демократию, пишет он, а только «бесправие» и риск расчленения страны. Он прямо говорит об опасности того, что Иран «разорвут на части».

Поэтому он предлагает третий путь: не интервенция и не диктатура КВИР, а Учредительное собрание для изменения конституции. Это попытка дать иранцам субъектность, чтобы они не ждали «освобождения» от Трампа или Нетаньяху, а сами заставили режим (или то, что от него останется) капитулировать перед собственным народом.

Можно было бы отмахнуться от этого письма как от утопического в условиях, когда падают бомбы. Впрочем, демарш Мустафы Таджзаде – это точно не «одиночный пикет». В политической культуре Ирана такие заявления из-за решетки являются каналом связи между частью элит и обществом. Скорее всего, за этим текстом стоит широкая сеть влияния, которую можно назвать «коалицией национального спасения».

Таджзаде озвучивает то, что боятся сказать чиновники среднего звена и дипломаты, оставшиеся в Тегеране. Это люди, которые понимают: режим аятолл уже проиграл, но они не хотят, чтобы вместе с ним сгорело само государство. Его призыв к Учредительному собранию – это «спасательный круг» для тех элементов системы, которые готовы к капитуляции в обмен на сохранение Ирана как целостной страны.

Несмотря на репрессии, сети сторонников Мохаммада Хатами и Мир-Хоссейна Мусави все еще существуют. Письмо Таджзаде появляется именно тогда, когда в Ассамблее экспертов начался бойкот (те же 8 членов). Это выглядит как синхронизированная атака: клерикалы бьют по легитимности преемника Хаменеи внутри религиозной системы, а Таджзаде бьет по легитимности войны и призывает к гражданскому переходу извне.

Его заявление – это также ответ на угрозу этнических восстаний. Он понимает: если Трамп и Нетаньяху сделают ставку на развал Ирана по этническим линиям, «демократический Иран» никогда не наступит – наступит эра полевых командиров.

Стоит помнить, что Эвин – это не просто тюрьма, это «штаб-квартира» оппозиции. Такие тексты передаются только тогда, когда есть консенсус среди заключенных лидеров мнений. Это коллективный манифест узников совести, которые пытаются перехватить инициативу в КВИР.