Россия приближается к финансовому коллапсу. Пять признаков

Сегодня ЦБР принял решение оставить ключевую ставку без изменений на уровне 14%. События разворачивались на фоне просто ужасающей макроэкономической ситуации в РФ. Художественных талантов Росстата уже просто не хватало, чтобы прикрыть стыд экономического кризиса, который произошел в РФ из-за войны, развязанной Путиным. Но обо всем по порядку:

1. О скрытой бюджетной катастрофе в РФ

Дефицит бюджета РФ за 8 месяцев 2026 года составил 5,8 трлн рублей против 6,46 трлн рублей за 7 месяцев. Как будто ситуация улучшилась и россияне снова перестали генерировать дефицит. Но при более детальном рассмотрении выяснилось, что дефицитную несостоятельность просто прикрыли концентрированной выплатой дивидендов государственными банками и компаниями в бюджет за весь 2025 год.

Сконцентрированная выплата годовых дивидендов в августе составила 691 млрд рублей. Плюс следует учесть 383 млрд рублей добровольных взносов от российских олигархов. Таким образом, простая арифметика показывает, что россияне в августе 2026 года продолжают генерировать дефицит.

2. Об историческом провале с нефтегазовыми доходами

Еще более плачевной оказалась ситуация с нефтегазовыми доходами (НГД) федерального бюджета РФ. За август 2026 года НГД составили всего 424 млрд рублей, что вдвое меньше, чем в июле, и, по сути, является историческим минимумом за 2026 год. Как такое могло произойти при ценах на нефть на мировом рынке на уровне 80–100 долларов за баррель? Систематический вывод из строя российских НПЗ привел к тому, что в РФ резко сократилась переработка нефти.

Но остановить добычу нефти россияне не могут, потому что это дорого, и они просто вынуждены экспортировать больше нефти. Де-факто они заменяют экспорт топлива экспортом нефти. Однако чтобы продавать больше нефти, им приходится сильнее снижать цены. Поэтому в июле средняя цена на российскую нефть составляла 59 долларов за баррель, а в августе – 67, при общем диапазоне 80–100.
Кроме того, российские нефтяные компании получили в августе почти 200 млрд рублей из бюджета по топливному демпферу, а по факту – на ремонт НПЗ. Таким образом, ударами по НПЗ удалось пошатнуть саму основу российской экономики – добычу нефти, что привело к аномалии: при высоких ценах на нефть в мире россияне достигли исторического минимума по добыче нефти.

3. Об интенсивной эмиссии рубля

В таких условиях российский федеральный бюджет в августе столкнулся с большим «кассовым разрывом». Дыру в бюджете закрывали за счет эмиссии. 2 сентября российский Минфин РФ после шестинедельной паузы возобновил размещение государственных облигаций и за один день продал бумаг на 1 трлн рублей.

Для сравнения: за предыдущие два месяца ему удалось привлечь в бюджет всего 10 млрд рублей, а в апреле–июне – 1,5 трлн. Рекордное для этого года размещение ОФЗ покрыло две трети квартального плана по заимствованиям: бюджет получил 939 млрд рублей.

Фактически источником размещения стали РЕПО-операции ЦБР с государственными банками РФ. ЦБР уже и не скрывал того, что именно он выдал средства российским государственным банкам для того, чтобы те купили облигации у Минфина, который направил деньги на войну. Когда ЦБР начинает печатать рубли, появляются уже монетарные причины инфляции.

4. О недоверии россиян к банкам

Даже без подпитки бюджета РФ в ЦБР сложилась довольно плохая ситуация. По состоянию на 01.09.26 наличные деньги в обращении в годовом исчислении увеличились на 20,2%. В целом же средства для расчетов (денежный агрегат М1, включающий наличные + остатки на текущих счетах) выросли на 18,9%. Зато срочные депозиты в банках снизились за год с 74,78 до 62,9 трлн рублей, то есть на 15,8%. При фактической инфляции на уровне 15–17% (Росстат декларирует лишь 6%) это очень тревожная тенденция.

Здесь можно поспорить, что стало причиной оттока срочных вкладов из российских банков: низкие ставки (ответственность ЦБР), усиление фискального давления (ответственность правительства РФ) или слухи о замораживании вкладов и мобилизации (ответственность Путина). Но ЦБР может остановить отток, лишь способствуя росту ставок по депозитам, поскольку только это входит в его полномочия.

5. О реальной и официальной инфляции

В августе 2026 года, по официальным данным ЦБР, инфляция, наблюдаемая населением, составляла 14,3%, а инфляционные ожидания – 13,7%. Разумеется, опросы подгонялись под желание ЦБР удерживать ставку на уровне 14%. На самом же деле ожидания населения были выше: на уровне 18–20 % (это примерно темп роста наличного рубля в обращении).

Поэтому, если россиянам предлагают среднюю ставку по депозитам в банках в размере 12,895%, то на фоне всего того беспорядка, который творит их федеральное правительство, и при ожидаемой инфляции в 18–20% россияне будут дисциплинированно выводить средства из банков в наличные, валюту, золото и т. д. И здесь круг замыкается.

Российский диктатор Путин давит на ЦБР, чтобы тот снижал ставку, ЦБР делает то, что говорит царь, а в июне-августе выяснилось, что «казна пуста», а у российских банков нет ликвидности для покупки государственных облигаций. Поэтому царь-батюшка приказал быстро напечатать 1 трлн рублей (только за сентябрь) и направить их на финансирование дефицита.

По сути, описанные мной процессы – это прямой путь к финансовому коллапсу. Принуждение ЦБР к низким ставкам опустошает рынок ОФЗ и блокирует неэмиссионное финансирование дефицита бюджета РФ.

Последние три месяца показали, что царь не прав и нужно больше прислушиваться к ЦБР, действия которого по повышению ставки постепенно подталкивают диктатора к мысли о необходимости значительного сокращения военных расходов и завершения войны.
Тот факт, что ЦБР не позволил повысить ставку, указывает на то, что решение еще не принято, и вопрос о том, что делать с новыми кризисными экономическими реалиями, в РФ просто завис.