Адвокат Лозинского рассчитывает на оправдательный приговор

    Конец лета — начало осени обещают быть жаркими. Начнутся судебные заседания сразу по нескольким громким делам.
    Конец лета — начало осени обещают быть жаркими. Начнутся судебные заседания сразу по нескольким громким делам. Одно из таких -- дело Виктора Лозинского. Беседуя с адвокатом нардепа Романом Денисюком, «Новая» пыталась узнать, что он и его подзащитный ожидают от суда. Ведь предъявляемое обвинение подразумевает от 15 лет тюрьмы до пожизненного
    • Людмила Башкирова, газета «Новая»
    • 23 Липня, 2010, 05:43
    • Розсилка

    Конец лета — начало осени обещают быть жаркими. Начнутся судебные заседания сразу по нескольким громким делам.

    Конец лета — начало осени обещают быть жаркими. Начнутся судебные заседания сразу по нескольким громким делам. Одно из таких -- дело Виктора Лозинского. Беседуя с адвокатом нардепа Романом Денисюком, «Новая» пыталась узнать, что он и его подзащитный ожидают от суда. Ведь предъявляемое обвинение подразумевает от 15 лет тюрьмы до пожизненного заключения.

    «Моего подзащитного оклеветали»

    — Роман Борисович, на данный момент ваш подзащитный знакомится с материалами уголовного дела.

    — Не только Лозинский, но и все адвокаты, как и обвиняемые, сейчас этим заняты. В том числе и я. Успел ознакомиться с материалами 14 томов из, кажется, 38. Кроме того, существуют также видеозаписи, вещественные доказательства.

    — Так сколько в деле обвиняемых?

    — Кроме Лозинского, прокурор и начальник милиции Голованевска, а также еще один человек — Перепелица.

    — Лозинскому вменяется статья «умышленное убийство». Ходили разговоры, что ее собираются переквалифицировать на «нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть», которая предполагает значительно меньший срок.

    — Вменяется ст. 115 ч. 2 — умышленное убийство. И еще уничтожение имущества — поджог автомобиля «Жигули» стоимостью четыре тысячи гривен. А статья 121 ч. 2 УК Украины была в апреле переквалифицирована на 115-ю.

    — Говорят, когда Лозинский услышал о статье, он, и вы тоже, были в шоке. Не ожидали такого?

    — Да ерунда все это. Я присутствовал при предъявлении обвинения, и никто в шоке не был. Лозинского я предупреждал заранее об этой статье. Он тоже знал об этом. Другое дело, насколько законно вменяется статья. Но, хоть это и глупо, прокуратура сделала такой шаг.

    — Главное управление по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры снова стал курировать Ренат Кузьмин. (До июля им почти год руководил другой зам. генпрокурора. — Виталий Щеткин. — Л. Б.). Что может измениться с этими кадровыми перестановками?

    — Именно при Кузьмине против Лозинского было возбуждено уголовное дело, вынесено обвинение и мой подзащитный был объявлен в розыск. По-моему, у Щеткина больше опыта подобной работы. Хотя, в сущности, в этом деле, где политики больше, чем уголовщины, опыт, как таковой, не имеет особого значения. То, что написано в деле, далеко от норм юриспруденции.

    — Хотите сказать, что его фальсифицировали?

    — Я не могу так утверждать хотя бы потому, что такого понятия — фальсификация — в Уголовном кодексе нет. Просто в деле имеет место тотальное нарушение ст. 22 УПК, которая гласит, что следствие должно проводиться беспристрастно и объективно.

    — В чем его необъективность?

    — В том, что собирались и фиксировались только те обстоятельства, которые хоть каким-то образом усугубляли вину Лозинского. Все остальные, которые свидетельствовали о противоположном, отметались или не собирались вообще.

    — Приведите хотя бы один пример.

    — Весь фактаж я буду выкладывать на суде и преждевременно не могу раскрывать карты. Не знаю, что было в Голованевском лесу на самом деле. Но знаю, что есть в уголовном деле. И о нарушениях в нем я и буду говорить. Со стороны правоохранителей на всех обвиняемых и многих свидетелей шло давление, имел место шантаж. Нарушались нормы содержания обвиняемых: работников правоохранительных органов содержали вместе с уголовниками. Это противоречит закону. Было и физическое насилие, когда прокурор и начальник милиции меняли свои показания не из-за того, что их замучила совесть, а под длительным давлением — физическим и психологическим.

    — И поэтому они оклеветали Лозинского?

    — Безусловно. Вы поймите, что под сильнейшим воздействием люди готовы подписать все, что угодно. Дать показания, которые хотелось иметь следователям.

    Так было ли убийство?

    — Но не будете же вы отрицать того, что Лозинский действительно убил Олийныка?

    — Я не знаю. Потому что в тот момент с ними не был. Это знают только двое — сам Лозинский и Горбенко, который там присутствовал. Причинял ли Лозинский телесные повреждения Олийныку, имею в виду огнестрельные, я не уверен. Потому что есть человек (Василий Перепелица, по информации местных жителей, егерь и подручный Лозинского. — Л. Б.), который дал показания, что это он стрелял. И даже показал место, где находилось орудие причинения Олийныку огнестрельных повреждений. При этом Перепелицу допрашивали около десяти раз с видеосъемкой и экспертами…

    — Почему вы говорите «нанесение телесных повреждений», а не «убийство»?

    — Существует тонкая грань между убийством и нанесением телесных повреждений. И не всегда смерть — это именно убийство, потому что между ними может не быть причинно-следственной связи. А между смертью Олийныка и нанесением ему телесных повреждений прошло два часа. Олийныку оказывали помощь медики, причем Лозинский сам вызывал скорую помощь и милицию, чтобы сообщить о вооруженном человеке. А у Олийныка действительно было оружие, и это спустя почти десять месяцев признала прокуратура. Если бы Лозинский умышленно убивал Олийныка, зачем бы тогда он вызывал медиков?

    — Насчет Перепелицы все выглядит очень странно. Человек сам пришел к следователям, чтобы выгородить Лозинского, а себя оговорить?

    — Нет, его вызвали на допрос. И там он сообщил, что выстрелил в Олийныка именно он, а не Лозинский. Причем выстрелил случайно. А это — убийство по неосторожности. За такое он бы никогда не получил больше, чем три года колонии общего режима. И через полтора года уже вышел бы из мест заключения.

    — Кто такой этот Перепелица? Смотрящий от Лозинского в Голованевске?

    — У вас такая интересная терминология… Перепелица работал у Лозинского. Он не был егерем, скорее завхозом.

    — Значит, работник, более других приближенный к Лозинскому?

    — Обыкновенный работник. Были такие, кто больше приближен. Но подробности не знаю, потому что в самом Голованевске я не был никогда.

    — То есть этого обыкновенного работника просто замучила совесть, не мог терпеть, что вместо него сидит Лозинский.

    — Не говорите с иронией (адвокат заметно злится). Я не знаю, замучила ли его совесть. В таком случае можно спросить, замучила ли совесть экс-начальника милиции. Ведь он получил свою должность и звания благодаря Лозинскому. Лозинский помогал с жильем многим милиционерам, прокуратуре, просто гражданам, которые сегодня его оговаривают. Мучает ли этих людей сегодня совесть? Думаю, что понятие совести в этом деле не воспринимается.

    «Возможно, за мной и сейчас следят»

    — Как вам в роли адвоката Лозинского?

    — Я к такой работе привык и ничего сверхъестественного в ней не вижу. За мной долго велась (а может, еще продолжается) слежка, прослушиваются все телефоны. Меня не допускали к делу, выискивая причины, проверяли, действительна ли доверенность Лозинского. Когда уже Лозинский в ГПУ 1 марта настоял на том, что Денисюк — его адвокат, только тогда меня допустили. Давление было и на других адвокатов. К Перепелице защитника под разными предлогами не допускали почти три месяца.

    — Вы говорите, что в деле больше политики. В чем конкретно вы видите политику?

    — В направленности следствия. Назвал наш бывший президент Лозинского убийцей, прокуратура это тут же принялась исполнять. Вот и стоят на своем. А год назад противники БЮТ делали все, чтобы выплеснуть как можно больше негативной информации о бютовцах. Вы помните, как быстро стало известно СМИ о ЧП с участием Лозинского? И распространил информацию один из личных его врагов.

    — А что с 26 гектарами Голованевского леса, которые якобы отобрали у Лозинского и передали государству?

    — Есть решение суда первой инстанции про аннулирование договора аренды на лесные угодья. Но это только решение первой (!) инстанции. Не думаю, что так быстро все будет решено. Однако я адвокат в уголовном деле Лозинского, так что о хозяйственных спорах точной информации не имею. Хотя на все имущество Лозинского — движимое и недвижимое — наложен арест.

    — А какое у него имущество?

    — Он человек не бедный. Есть автомобили, квартиры, дом в Голованевске, гаражи в подземных паркингах, какой-то производственный комплекс. Каким путем в нашей стране все это зарабатывается, другое дело. Понятно, что, работая честно у станка, человек зарабатывает себе только на комнату в общежитии. Но арест на имущество Лозинского наложен незаконно, потому что санкция вменяемой ему статьи не предусматривает наложения ареста. А арестовали имущество, чтобы давить на близких, и чтобы кто-то другой все это прибрал к рукам.

    Что будет с имуществом?

    — А в каком состоянии дело о вымогательстве, когда у людей, которые приезжали в лес из Одессы поохотиться, требовали деньги?

    — Это отдельное дело, оно уже в суде. Думаю, его и возбуждали специально для того, чтобы наложить арест на имущество Лозинского. Но обвинение по этому делу Лозинскому не предъявлялось.

    — Говорят, будучи депутатом, Лозинский заносил большие суммы денег в нужные кабинеты за нужные решения вопросов.

    — Депутатом Лозинский был неполный созыв. Я его мало знал, поэтому не могу сказать, какую работу он выполнял. Знаю, что он был юристом, имел свою адвокатскую фирму.

    — А кто отрезал ногу Олийныку?

    — Ну, явно не Лозинский. Думаю, что нога оставлена экспертами, потому что выполнялся ряд экспертных действий. Его мать, к слову, следователям говорила, что ее сын был далеко не примерным человеком. Он неоднократно ее избивал и даже пытался убить. Также совершенно не помогал по хозяйству и проматывал ее пенсию. Она много раз жаловалась на него соседям. Также известно, что он был уволен с работы (конвойная служба МВД) с ужасной характеристикой. Были сомнения и относительно его психической вменяемости. Был помешан на оружии. В лесу оружия очень много, еще с войны. Только копни. А он постоянно на несколько дней уходил в лес. Хранил это оружие дома.

    — Так что же, местным жителям ходить в лес было запрещено? Зачем Лозинский напал на Олийныка?

    — В лесу грибники всегда бывали. А Олийнык шел по лесу, территорию которого арендовал Лозинский, вооруженным. Вы только представьте себе картину: едет Лозинский с прокурором (была там еще одна женщина, которую потом высадили). И видят, что по лесу идет человек бомжацкого вида с мешком за плечом. Возможно, браконьер, убивший животное. Они остановились, чтобы спросить: кто такой? А Олийнык достал пистолет и начал стрелять. Так все и было. Они вызвали милицию. Приехал наряд, и началась потасовка. Но следствие этого не принимает во внимание.

    — И целый наряд милиции повалил одного человека на землю и начал его избивать?

    — Отбирать оружие. А вы можете отобрать у человека пистолет и нож без насилия?

    — Отчего же умер Олийнык, от потасовки?

    — От кровопотери. Ему выстрелили в ногу, хотя Лозинский, как охотник, если бы захотел убить Олийныка, то стрелял бы в жизненно важные органы.

    — У кого Лозинский прятался в Крыму, когда его разыскивали следователи?

    — Не знаю. Но думаю, что он просто снимал у незнакомых людей квартиру. Лозинский не хотел никого подставлять.

    — В какой камере он сидит?

    — В обычной, не одиночной. В СИЗО на Лукьяновке его несколько раз переводили в разные камеры. Он никогда ни на что не жаловался.

    — Когда начнется суд?

    — Примерно через месяц после того, как мы закончим ознакомление со всеми материалами. Мы не пытаемся тянуть время. Его скорее тянут следователи. Мне, как и всем остальным адвокатам, не дают копировать материалы. Я должен их читать в Генеральной прокуратуре и переписывать от руки все, включая схемы, экспертизы и фотографии, что необходимо для защиты. Это очень долго. В практике я с таким еще не сталкивался.

    — Учитывая, что Лозинский сам пришел к следователям, на суде он готов признать свою вину?

    — Он пришел, потому что устал скрываться и хотел объективного расследования. А чтобы решить, признавать вину или нет, нужно увидеть это обвинение. То, что предъявлено сейчас Лозинскому, — абсурд. Какое умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах? Даже если и стрелял Лозинский (что не факт), то он стрелял в вооруженного человека, а потом сделал все для его задержания и оказания медицинской помощи.

    — На какое решение суда надеется Лозинский?

    — Я и мой подзащитный рассчитываем на объективность в оценке доказательств. Если такое будет, то это вполне может повлечь оправдательный приговор.

    Коментарі ()
    1000 символів залишилось
    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ