Натисніть «Подобається», щоб читати
    Glavcom.ua в Facebook

    Я вже читаю Glavcom в Facebook

    Адвокат Юрий Сухов: «Против Макаренко работает государственная машина»

    • Галина Каплюк, «Главком»
    • Розсилка
    Адвокат Юрий Сухов: «Против Макаренко работает государственная машина»

    Решение суда просто беспредельное по определению...

    Экс-главе таможни Анатолию Макаренко продлили еще на два месяца срок пребывания под стражей на основании того, что якобы необходимо провести следственные действия. Но за предыдущих два месяца «отсидки» таковых было произведено аж… два: в течении пяти минут ознакомили с постановлением о назначении экспертизы и один раз допросили в течении часа. Об этом и многом другом в пресс-центре «Главкома» рассказал адвокат экс-главы таможни Юрий Сухов.

    Каковы подробности сегодняшнего заседания суда по делу Макаренко?

    Юрий Сухов: Анатолию Макаренко продлили срок содержания под стражей до 10 октября. Я считаю, что решение суда просто беспредельное по определению. Мы сегодня в суде впервые предъявили научно-конституционный вывод заведующего кафедрой уголовного права юридического факультета Национального университета им. Шевченко, профессора Андрушко. Это светило в сфере уголовного права, все комментарии к Уголовному кодексу фактически проходят под его редакцией. Этот человек является членом научно-конституционного совета Верховного Суда Украины.

    Вывод очень простой: в действиях Макаренко по наличию тех документов и обстоятельств, которые есть, отсутствует признак какого-либо служебного преступления. Повторяю: не только халатность, которую вменяют, а вообще какого-либо служебного преступления. В этой ситуации суд был официально уведомлен защитой о том, что говорить о каком-либо преследовании вообще безосновательно и абсурдно, но принял решение продлить срок пребывания под стражей. То есть, как по мне, то это заведомо неправосудное решение. Уже, наверное, перебор. Нас никто не хотел слушать, поэтому мы вынуждены были обратиться к третьей независимой стороне, и суд абсолютно равнодушно отнесся к этому обстоятельству. Поэтому понятно, что надеяться на правосудие в нашем государстве уже нет никаких малейших оснований. У нас правосудие уже работает четко как машина подавления и обслуживания определенных интересов. Другой вывод просто не напрашивается.

    Мы будем обжаловать это решение в Апелляционном суде, хотя, учитывая предыдущие его заседания и мнения, насколько формально ко всему он подходит, думаю, что и этот суд не слишком сильно будет занимать сторону закона.

    Понятно, что Макаренко воспринял это обстоятельство без особой радости, но по-мужски. Он прекрасно понимает, что против него работает государственная машина, а не закон.

    Вы могли бы подробнее рассказать о заключении профессора Андрушко?

    Юрий Сухов: Все достаточно просто: есть целый ряд нормативно-правовых актов, которые регулируют деятельность государственного чиновника, в том числе начальника таможенной службы. В самом уголовном деле Макаренко вменяют, что он написал две резолюции, в результате выполнения которых был расторможен газ. В выводе профессора проанализировано, во-первых, содержание этих резолюций, которые следователи называют поручением. Как раз в этом выводе говорится, что с точки зрения типового положения в документообороте, который утвержден Кабинетом Министров, эти документы, на которых пишется фамилия исполнителя, называются резолюцией и ее сущность – определение того, кто должен исполнять. Сама эта резолюция не порождает никаких юридических последствий для формы совершения каких-либо действий. То есть, определяются исполнители, а не то, кто что должен сделать. Таких два документа есть в деле, и на основе этого следователь говорит, что Макаренко управлял процессом.

    Второе: с точки зрения дисциплинарного кодекса таможенной службы, говорят, что Макаренко осуществил халатность, тогда должна быть выстроена логическая цепь. Есть исполнитель, если он считал, что действия незаконны, он должен был доложить своему непосредственному руководителю, тот – своему, и так должна была дойти информация до Макаренко о том, что исполнить это невозможно. Тогда, с точки зрения дисциплинарного устава, Макаренко должен был отреагировать и остановить эти действия. Никто ему не докладывал о том, что невозможно осуществить какие-либо действия. Поэтому говорить, что Макаренко совершил халатность абсурдно с точки зрения анализа норм дисциплинарного устава.

    Кроме того, следователь говорит о том, что в результате этих действий был причинен ущерб. В этом выводе однозначно говорится о том, что невозможно безосновательно говорить о наличии какого-либо ущерба в результате деяний, совершенных Макаренко. Говорить о том, что есть халатность, безосновательно, поскольку все действия были совершены в соответствии с алгоритмом, определенным соответственными нормативными актами и действия, осуществленные в соответствии с законом, не могут быть расценены как преступные – это аксиома теории уголовного права.

    Там также проанализировано, что в прошлом году суды принимали решения по данным фактам, в том числе и о том, что не установлен факт контрабанды. А если нет контрабанды, то растормаживание законно, эти решения судов до сих пор в силе. На основании решений этих судов и всех нормативных актов был сделан однозначный вывод, что действиях Макаренко отсутствует состав какого-либо служебного преступления.

    Как может повлиять этот вывод на ход дела?

    Юрий Сухов: Мне сложно сказать. Сегодня суд никак не отреагировал на этот вывод. Понятно, что он является факультативным, но это мнение независимого специалиста, и не учитывать его – значит, для этого есть какие-то мотивы, абсолютно не те, которые определяются законом. Если раньше мы могли устроить какую-то полемику по поводу того, есть там что-то или нет, совершил или не совершил, то сейчас просто речь идет об обыкновенном преследовании человека.

    На основании чего продлили срок Макаренко?

    Юрий Сухов: Срок продлили в связи с тем, что следователю нужно провести какие-то еще следственные действия. При этом мы однозначно сказали, что Макаренко на это никаким образом не может повлиять. Какой смысл его содержать под стражей?

    За два месяца содержания под стражей с ним провели два следственных действия: ознакомили с постановлением о назначении экспертизы и один раз допросили в течении часа. Все! Два месяца человек сидел под стражей. Фактически он несет наказание за то, чего он вообще не совершал.

    Какие ваши прогнозы на осень?

    Юрий Сухов: Учитывая ситуацию в этом государстве, которая складывается и постоянно усугубляется, мне сложно что-то спрогнозировать. Вы знаете, я был уверен на 99%, что суд Макаренко выпустит. Кстати, в решении судья не написал ни слова о том, что ему дали соответствующее юридическое заключение. Он вообще проигнорировал этот факт.

    Почему вы не опротестовали до сих пор постановление о возбуждении уголовного дела?

    Юрий Сухов: А вы видите перспективу? Вы хотите, чтобы мы сделали подарок для Службы безопасности и они потом говорили, что видите, мы законно возбудили уголовное дело? Мы прекрасно понимаем, что нам откажут.

    Еще вчера не было информации о сегодняшнем заседании суда. Когда вам об этом сообщили?

    Юрий Сухов: Заседание должно было начаться в 10.30, мне лично позвонили и уведомили в 9.45 утра, за сорок пять минут до начала заседания. Я не успел заехать к себе в офис для того, чтобы взять документы. Мы ждали этого, по Макаренко истекал срок, поэтому я носил часть основных документов в портфеле. Если бы у меня их не было при себе, то я бы не успел в суд.

    А по адвокатам Диденко там еще хуже ситуация. Они вообще не ждали и не были готовы к этому заседанию, потому что у него срок истекает через неделю или две. Они не готовились, их уведомили еще позже, чем меня – за полчаса до начала. Суд не начинался, потому что ждали, когда они приедут.

    В принципе, Кодекс не устанавливает, что должны уведомлять за какое-то время, но в любом случае, всегда существует такой термин, что это делается заблаговременно для того, чтобы адвокат мог подготовиться, собраться и приехать. Эта ситуация еще раз свидетельствует о том, что все максимально делается для того, чтобы не дать возможность эффективно обеспечить защиту в уголовном деле.

    Недавно была информация о том, что адвокаты настаивали на допросе высших должностных лиц «Газпрома»…

    Юрий Сухов: Да, топ-менеджеров «Газпрома». Все очень просто: в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого Макаренко фигурирует, что были подписаны договора на куплю-продажу газа и они незаконные. В результате их заключения был растрачен газ и, соответственно, на основе тех договоров произошло якобы незаконное растормаживание. Договор – это акт двухстороннего действия, между «Нефтегазом» и «Газпромом». Поэтому говорить о недействительности договоров можно только, выяснив мнение второй стороны в этих правоотношениях. Более того, насколько я знаю, после моих заявлений в «Газпроме» заявили, что договора действительны и никаких претензий они не имеют. Во-вторых, у следователя есть письмо за подписью заместителя председателя правления «Газпрома» г-на Голубева, в котором он четко и однозначно предлагает схему обращения в пользу государства этих 11 млрд. кубометров газа и все эти договора, которые сейчас фигурируют в деле, эта вся схема была инициирована «Газпромом». Если так, значит, следователь должен принять решение, какая роль топ-менеджмента «Газпрома» в данных деяниях, которые расследуются на территории Украины. И абсолютно логично, что их необходимо допросить. Если этого не сделают, значит, это будет необъективно, не всестороннее расследование дела.

    Какой может быть процессуальная роль в данном деле руководства «Газпрома»?

    Юрий Сухов: Если бы я был следователем, то я бы принял решение в отношении руководства «Газпрома» в связи с их деяниями по инициативе всей этой схемы как организаторов или подстрекателей.

    Коментарі ()
    1000 символів залишилось
    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ