Право – не право

Часто задаю себе вопросы: работает ли судебно-правовая система в Украине? И если работает – то на кого? На всех граждан или на тех, кто может повлиять на нее своим положением или средствами? А могут граждане, имеющие статус и средства, через судебную власть издеваться, сводить счеты со своими оппонентами, являющимися такими же гражданами только без статуса и средств?

В любом правовом государстве такие вопросы вызвали бы лишь усмешку и недоумение. Но в Украине данный вопрос является более, чем актуальным, поскольку на каждом шагу мы слышим о том, что кого-то «упрятали», не найдя никаких следов преступления, кому-то сфабриковали дело, кто-то просто попал под «горячую» руку. Но это доказать сложно. И даже нереально. А работники правоохранительной системы и далее принимают такие решения, которые нужны им или тем, кто имеет влияние и средства, иногда просто игнорируя нормы законов. На одном из примеров я сейчас это попытаюсь продемонстрировать.

Бывший и.о. министра обороны, Валерий Иващенко (который является моим братом) надеялся на закон, когда 21 августа 2010 г. шел в Главное управление военных прокуратур на допрос в качестве свидетеля по повестке, полученной 20 августа 2010 года. Но, придя туда, он с удивлением узнал, что является подозреваемым. Была произведена выемка личных вещей с их конфискацией как вещественных улик, а его самого увезли в изолятор предварительного заключения. Возникают вопросы: «Неужели свидетель теперь отождествляется с подозреваемым?», «Каким образом можно превратиться из свидетеля в подозреваемого?» Прокуратура внятного ответа не дала. Однако, если прочитать права подозреваемого (ст. 43 Криминально-процессуального Кодекса Украины) и права свидетеля (ст. 167 Криминально-процессуального Кодекса Украины), то различия налицо.

Еще один момент. Валерий Иващенко – лицо гражданское, не состоит на военной службе. Согласно Приказу Генерального прокурора от 30.03.2009 г. № 23 «О подследственности криминальных дел следователям военным прокуратурам» к досудебному следствию могут привлекаться военнослужащие, служащие Вооруженных Сил и других подразделений, а также группа лиц, в которой есть военный. Резонный возникает вопрос: «Почему гражданское лицо задерживается военной прокуратурой?» Разве это не нонсенс? Тем не менее, Иващенко задержан на 72 часа.

Подходил к концу срок предварительного заключения, но прокуратура сделала все, чтобы как можно быстрее упрятать Иващенко за решетку. Показательно, что суд относительно его меры пресечения был назначен на 24 августа – День Независимости. Тем самым проявив настоящий цинизм в отношении человека, чья вина не была доказана. Суд прошел так, как надо прокуратуре. Веские доводы адвокатов и подозреваемого учтены не были, а «искрометное» выступление следователя, поддержанное молчаливым согласием прокурора, убедили судью в том, что Иващенко надо держать за решеткой. Апелляционный суд, который прошел через несколько дней, всецело поддержал это решение. Теперь можно и обвинение предъявить. Прокуратура довольно потирает руки!

Да и собственно в чем его обвинили? В том, что он, будучи исполняющим обязанности Министра обороны, согласовал план санации государственного предприятия (с замечаниями, между прочим). Тем самым, по мнению прокуратуры, передал его в частные руки, нанеся ущерб государству на несколько миллионов гривен. Прокуратура решила, что Иващенко лично продал предприятие. Но ведь согласование плана санации и продажа предприятия – это две совершенно разные вещи. После согласования плана санации его необходимо одобрить в комитете кредиторов, а затем – утвердить решением соответствующего хозяйственного суда (согласно действующему законодательству). Только после этого можно приступить к реализации плана санации. Но обвинение напрочь игнорирует этот факт.

Теперь несколько слов о мере пресечения. Согласно ст. 149 Криминально-процессуального Кодекса Украины основными мерами пресечения являются подписка о невыезде, личная порука, порука трудового коллектива или общественной организации, залог и взятие под стражу. Все попытки адвокатов изменить меру пресечения ни к чему не привели. Известно, что к следователю добровольно приходили люди, которые готовы были взять Иващенко на поруки, просили выпустить его под подписку о невыезде. Но с этих людей брали свидетельские показания и отказывали в прошении. Что, прокуратура боится пребывания Иващенко на свободе? А чего, собственно, бояться? Бояться того, что обвиняемый будет оказывать давление на следствие и на свидетелей, использовать свои связи, будет пытаться выехать за пределы Украины.

Начнем с того, что любому человеку вообще сложно, даже нереально оказывать давление на органы власти, если он, конечно, не олигарх или не занимает должность в высших эшелонах власти. Олигархом Иващенко никогда не был, а высокую должность давно уже не занимает. Здесь видится большая вероятность того, что прокуратура будет оказывать давление на следствие и свидетелей, используя свои возможности. Использование связей предусматривает нахождение человека на какой-либо должности. Учитываю всю конъюнктурность нашей «верхушки», можно сказать, что пока ты занимаешь пост – связи есть. Но как только лишаешься занимаемой должности – связи рвутся. Относительно выезда за пределы Украины Иващенко неоднократно заявлял, что готов сдать свой заграничный паспорт следователю на время расследования дела и что никуда ехать не собирается. Более того, как стало известно, прокуратура направила письмо в Пограничную службу Украины относительно запрета его выезда за границу на полгода. Поэтому в данном случае безосновательным видится решение прокуратуры рассматривать только взятие под стражу.

После изучения некоторых фактов дела, адвокатами Иващенко было решено подавать жалобу на постановление о возбуждении уголовного дела, которая была зарегистрирована в суде. Однако, рассмотрение данной жалобы (25 октября, Соломенским районным судом г. Киева) превратилось в театр абсурда: судья напрочь игнорировала доводы адвокатов Иващенко и принимала невнятные объяснения обвинения. Можно только догадываться, что ею руководило. Таким образом было обнародовано решение суда, которое представляло собой непонятный набор фраз, таких как «Иващенко завизировал письмо о невозможности согласования плана санации, который затем был одобрен кредиторами и утвержден хозяйственным судом, а после – продан на аукционе, чем были нанесены убытки государству с тяжкими последствиями. Тем самым суд считает, что было достаточно оснований, которые бы указывали на наличие признаков преступления со стороны Иващенко…» или «Иващенко, находясь в своем кабинете, превышая свои полномочия, завизировал план санации, тем самым совершил преступление с тяжкими последствиями…» и т.д. В общем, в жалобе адвокатам было отказано. А где же логика, здравый смысл и, в конце концов, - справедливость господа прокуроры и судьи?

Очень примечательно: судебное заседание закончилось в 11:00, после чего судья удалилась в совещательную комнату для принятия решения, которое (Постановление именем Украины) огласила в … 16:00 (того же дня).

Недавно прокуратура с гордостью объявила о том, что закончила расследование и передает дело Иващенко в суд. Якобы, проведя экспертизу (какую и где он ее проводил – также тайна за семью печатями), следователь «дорисовал» еще несколько десятков миллионов убытков. А чтобы жизнь медом не казалась, обвинил Иващенко еще по одной статье. Ну что же, теперь следователь может рассчитывать на повышение по службе и дополнительную премию к зарплате, а прокуратура – похвастаться привлечением к уголовной ответственности еще одного чиновника высокого ранга и утвердиться в качестве беспринципного борца с преступностью!

А если человек невиновен? Если его вина не доказана? А прокуратуру это уже не интересует.

Исходя из всего сказанного, можно не сомневаться, что следствие будет проходить «объективно» и «согласно всем нормам закона». Как верно подметил один из работников прокуратуры: «Мы можем все!» А на все попытки возразить в ответ слышится: «Вы ничего не понимаете. Идите и читайте законы!»

Люди пойдут, прочитают… и, надеюсь, вернутся дабы бороться с тем произволом, который сейчас творится в правоохранительных органах судебной системе власти.