США отказались от помощи Украине на Ближнем Востоке: что дальше

На прошлой неделе президент Зеленский заявил, что Украина получила обращения от 11 стран с просьбой о сотрудничестве в защите от дронов. Поступала информация о возможной отправке украинских специалистов в Йемен (для защиты, в частности, американских баз) и страны Аравийского полуострова.

Но вскоре пришел (с точки зрения восприятия через картинку в национальных СМИ) «холодный душ». США формально отказались от помощи Украины в борьбе с иранскими дронами на Ближнем Востоке. Более того, США отправили в регион партию из 10 тысяч дронов-перехватчиков Merops. Которые, кстати, использовались и на нашей территории. Следующий шаг – контракт на $20 млрд с компанией Anduril, которая специализируется на софте (в том числе АСУ), автономных дронах.

Что логично с точки зрения Вашингтона и реализации трамповской концепции MAGA. Но выходит, что Украина потеряла возможность продемонстрировать свою значимость?

В концепции, сотрудничества с США возможно. И тут есть несколько причин:

1. США все же в вопросах технологий развития дронов стоят выше Украины. Те же Merops – их разработка, которая помогала (и помогает благодаря локализации производства) нашей ПВО.
2. Логика стратегии национальной безопасности США (да и логика работы США с партнерами) – создание своего оружия с минимальной зависимостью от других стран. И продажа такового.
3. Собственно Трамп с его идеями America First. Поблагодарить Зеленского «у которого нет карт» – возможно, неприемлемо с точки зрения американского президента.

Что, кстати, не исключает работы наших специалистов в Иордании. Без официального статуса, без перспектив развития. И без стратегических выгод для страны. Тактически, в формате обмена услугами на услуги возможно. Стратегически, убежден, нет. Потому что активность в Иордании – зона интересов США и Израиля, куда других игроков запускать они не будут. При всем уважении к этим государствам.

Но есть другие страны. И то, получит ли Украина бонусы в будущем, сейчас зависит не только от наших спецов, которые отправились туда, но и от правильного «правового» оформления их работы. Кратко объясню суть.

Итак, Саудовская Аравия, Катар, ОАЭ, Бахрейн и Оман заинтересованы в решениях, которые позволят минимизировать угрозу от иранских БПЛА. С одной стороны, они имеют доступ к американским технологиям, вооружению. Но есть своя специфика:

1. Агрессия США и Израиля против Ирана и последующие события стали демонстрацией фактического разрушения концепции «безопасность в обмен на нефть». Защита территории государств региона не в приоритетах команды Трампа.
2. Производная из п. 1 – американское вооружение. Сегодня оно есть. Но нет гарантии, что завтрашняя война в другом регионе не приведет к «передислокации». Как это сейчас происходит с комплексами ПВО в Южной Корее.
3. Опыт применения и быстрая адаптация к новым условиям.

И вот тут важна роль украинских специалистов. Которые имеют опыт, могут им поделиться. А так же наработки по производству собственных дронов-перехватчиков. Достаточно дешевых в производстве.

И в том и в том заинтересованы государства региона. На первый взгляд, вот она база для сотрудничества. Но тут многое упирается в то как оформлена такая командировка. Если простая «помощь» без формального статуса украинских «команд», мы имеем дело с «разовой услугой» и с действиями, которые не получают никакого продолжения после завершения войны в Заливе.

Точнее получают, но на уровне личных контактов. Да и украинские военные и инженеры в этих государствах при таком варианте находятся в статусе близком к статусу обычных наемников.

Есть ли альтернатива? Мне скажут что «по другому нельзя». Межгосударственные договоры ради такой операции не подписывают и это, дескать, вопрос долгих переговоров.

Не соглашусь. Возможность и как «обезопасить» наших специалистов и как получить долгосрочную выгоду для страны есть. И тут «задача со звездочкой» для украинского МИД. И «большие договоры» тут не нужны.

Для начала напомню, что Украина имеет:

• Договор о сотрудничестве в оборонной сфере с СА (2020 год).
• Договоры про военно-техническое сотрудничество с Катаром (2018), ОАЭ (2018).

Документы похожи и в каждом из них есть пункты вроде про обмен технологиями, оказание консультационных услуг, обучение. И даже организацию производств. С Катаром есть и такое «Спільні заходи у науково-дослідній сфері та виробництві військового обладнання та технологій».

Таким образом, вопрос легализации наших специалистов – всего лишь протокол (который не требует процедур ратификации и т.д.) в рамках существующей договорной базы.

Но если на этом остановиться – проиграть. Второй этап – разговор о постоянном механизме сотрудничества. Который включает как подготовку местных сил, так и производство необходимого количества оборудования. Возможно, разработка совместного. И в идеале – производство на территории Украины. Проще говоря, перевод процесса из категории «одноразовая помощь» в долгосрочные проекты.

Последнее крайне важно, поскольку государства региона:

• Просто богаты.
• Выполняют роль юрисдикций для обмена технологиями, товарами, ценностями и т.д.
• Влиятельны в мире. Причем имеют развитые контакты не только и не столько с «западным миром».
• Что стоит отдельно упомянуть – ОАЭ и СА – центры торговли оружием и места переговоров, заключения соглашений в области безопасности (начиная от сотрудничества государств, заканчивая услугами ЧВК).

Поэтому просто услуга таким странам «в отрыве от США» уже хорошо. Но выход на долгосрочные программы крайне важен политически и экономически. Поскольку:

1. Это возможность посредничества стран региона по направлениям, где нашему МИД сложно выйти на устойчивые партнерства.
2. Инвестиции в Украину и в том числе в наш ВПК. Причем речь не только о деньгах, но и о привлечении технологий при необходимости.
3. Рынок оружия – если ты являешься партнером, например ОАЭ, СА или Катара в производстве вооружений (которые помогли в защите самих Эмиратов), использование площадок (выставки, посредничество, партнерская сеть) региона может быть крайне полезным и выгодным.
4. Не забываем, что после заморозки войны в Украине есть вероятность возникновения в стране ЧВК (если по уму – легальных и полезных – об этом пишу небольшой докладик). Хорошая юрисдикция для поиска клиентов, создания региональных баз снабжения в таком деле крайне важна.

Поэтому, как минимум с частью государств региона наша разведка и наш МИД могут сработать эффективно. Вопрос в сроках – окно возможностей недолгое – максимум 2-3 месяца. И ключевое – выход на «долгие» проекты вместо «разовых услуг». Возможно не так выгодно тактически, но крайне полезно на перспективу.