Понты дороже денег: об «особом пути» и уничтожении продуктов
![](/img/article/1308/68_main-v1455152040.jpg)
Указ президента об уничтожении санкционных продуктов вызвал в обществе широкое недоумение и пассивное возмущение
Указ президента об уничтожении санкционных продуктов вызвал в обществе широкое недоумение и пассивное возмущение. Люди задаются вопросом: «Как он мог подписать подобный указ»? Он из семьи блокадников не понаслышке должен знать цену еде. Как можно бессмысленно уничтожать, когда разумнее санкционные продукты раздать? Ведь растет число тех, у кого жизнь становится хуже и грустнее.
Но в то же время практически не звучит вопрос, почему он так поступил.
«Такая мысль (уничтожение продуктов) может возникнуть, может быть, только у пресыщенного человека, который последние десятилетия не имеет нужды ни в чем и готов ради популизма и квазипатриотзма изображать что-то подобное», — попытался найти объяснение справедливо возмущенный протоиерей Алексей Уминский.
И все-таки дело не в пресыщенности. В принципе глава любого государства «не имеет нужды ни в чем». Президент Путин просто не мог поступить иначе. Его указ об уничтожении продуктов органично вытекает из природы нашего государства. «Природа» проста и незатейлива — «понты дороже денег» или у нас свой «особый путь». По-научному подобное государство называют патерналистским. Оно «папа-мама» в одном флаконе. Деньги не зарабатывают, а дают и получают. Такое государство пытается влезть во все щели человеческого бытия. Оно за всех нас давно решило, какие мы продукты можем кушать, а какие надо уничтожить. Какие книги можно читать, а какие нельзя. Да что я перечисляю, все государственные инициативы «на слуху».
Гражданин в такой государственной системе в лучшем случае «винтик», а в худшем — «пыль», которую сдуешь и не заметишь. В таком государстве свобода и право выбора человека становятся неактуальными. Если верить опросам, то 86% российских обывателей с такой постановкой вопроса согласны. Я даже допускаю, что согласие искреннее. Право выбора всегда предполагает и ответственность за этот выбор. Ты выбрал, ты и отвечай. Мы даже прожили некоторое количество лет, когда за свой выбор надо было нести ответственность. Не получилось. Жизнь упрощается, когда ты знаешь, что-то кто-то другой за тебя отвечает. Поэтому у нас и не прижилось словосочетание «зарабатывать деньги». Привычнее слуху — зарплату дают и получают.
Правда, были сделаны попытки (как теперь знаем, неудачные) поставить государственную машину, лежащую на крыше, на колеса. В государстве «на колесах» приоритет человека. Оно (государство) функционирует для гражданина, а государственный аппарат — сервисная служба для общества со всеми вытекающими последствиями. И главное из них заключается в праве свободы выбора каждого человека с одновременной ответственностью того же человека за свой выбор. Задача такого государства дать своему гражданину «удочку», а о «рыбе он уже позаботится сам». Поэтому государственные чиновники от президента до депутата не сакральные фигуры, а выборные наемные менеджеры. Их можно достаточно легко и безболезненно сменить, если они поставляют некачественные «удочки».
У нас повторюсь, не получилось. Право выбора променяли на «колбасу». «Вчерашний раб, уставший от свободы, возропщет, требуя цепей». Именно так и случилось, как написал Максимилиан Волошин. Если нет ответственности за выбор, то жизнь в условиях «запретить, закрыть, наказать, уничтожить» (пока только продукты) кажется вполне комфортной, потому что «понты дороже денег». И все у нас хорошо будет на «особом пути», который еще 130 лет назад сформулировал тогдашний глава МВД граф Дмитрий Толстой:
«При осуществлении реформ надлежит руководствоваться не отвлеченными принципами или чуждыми нам идеалами западноевропейской государственной теории и практики, а ясным пониманием коренных, самостоятельных основ русской государственной жизни и сознанием настоятельной необходимости строго последовательного, с духом оных сообразованного развития нашего законодательства».
Знание истории необходимо, чтобы понять настоящее и предвидеть будущее. Правда, после такой сентенции всегда вспоминается «история нас ничему не учит». Доживем-увидим, учит ли нас чему-нибудь история. А не доживем (под российское эмбарго попадают медицинское оборудование и материалы), зачем нам знание истории?
Источник: Свободная Пресса
Коментарі — 0