рус

    Натисніть «Подобається», щоб читати
    Glavcom.ua в Facebook

    Я вже читаю Glavcom в Facebook

    Листи з Луганська. Що не можна робити на окупованих територіях

    • Марина Фарба

      Мешканка Луганська

    • Розсилка
    <p>Не можна вештатись містом після комендантської години. Не можна виходити без документів і після прийому алкоголю</p> - Листи з Луганська. Що не можна робити на окупованих територіях

    Не можна вештатись містом після комендантської години. Не можна виходити без документів і після прийому алкоголю

    фото з відкритих джерел

    Із незвичайного – не можна вести наукову співпрацю з Україною

    Спецпроєкт «Главкома» «Листи з Луганська». Наша читачка, яка всі роки війни мешкає в окупованому Луганську, розповідає про життя за лінією фронту: про те, як все розпочиналось, чим закінчилось і чи можна ще щось змінити…

    Мовою оригіналу

    В каждой стране мира есть свои правила и порядки. Как, впрочем, и в каждой семье. И даже если страна не признана всем остальным миром, никто этих внутренних правил и порядков не отменял. Итак, чего же нельзя делать в нынешнем Луганске и всей «республике» в целом?

    Если условно – можно все, что не входит в местные своды законов. Но, как и с условно бесплатными медициной и образованием, можно чуть больше, шире и до определенного момента. Вот, например, перевозки граждан в туры за пенсией на территорию Украины, которые часто осуществляются через Россию без всяких разрешительных на то документов. Можно это или нельзя? Поездка в одну сторону с одного человека – 600 грн (гривна считается в «республике» самой твердой валютой). В частном автобусе 12 пассажиров. Умножаем на 600 грн в одну сторону и столько же назад и считаем. Никаких налоговых отчислений организатор таких перевозок не платит никакой стране и счастливо ездит, разделяя заработанное между диспетчером и тремя водителями (а перевозки осуществляются тремя транспортными средствами – по Украине, России и «республике») до тех пор, пока где-то один из звеньев этой цепочке не попадает в поле зрения работников ГАИ одной из стран. И здесь все как бы вдруг замечают, что документов на перевозки нет, предприятие не оформлено, люди не застрахованы, и налоги никто не платил никогда сроду. И пускают этот ролик в новостях в «республике», чтобы другим было неповадно, а то, что таких же частников на старых маршрутках ездят сотни, этого снова не замечают до определенного инцидента.

    Но незаконная предпринимательская деятельность (как и контрабанда) и разряда прыща, пардон, на одном месте – неприятно, но пережить можно: то ли откупиться, то ли отделаться штрафом и конфискацией транспортного средства. Худшее из возможных зол и самая популярности статья – это «измена Родине». И здесь не нужно быть разоблаченным Штирлицем, чтобы попасться. Можно быть сверх лояльным к Украине в социальным сетях, иметь странную компанию друзей «с другого берега» в Одноклассниках или ВКонтакте, выложить свою фотографию в вышиванке или призывать к чему-то. Кстати, тексты социальных сетей не просто читают. Работники специальных отделов их анализируют, собирают и относят на лингвистическую экспертизу, от которой в том числе зависит будущая уголовная статья. Если в общем – Украина здесь под запретом как и критика действий «властей» «республики». Как раньше во всеуслышание никто уже не станет трубить о том, что шесть лет назад мы жили лучше. О таком говорят на кухне со своими, пресекая любые дискуссии рядом с собой. При мне как-то старик сказал громко что-то о «главе» «республики». То ли вор, то ли о его умственных способностях. Женщина рядом со стариком едва не взвилась до потолка: «Я ничего этого не знаю, и вы не знаете, что вы такое можете говорить. Замолчите». Шесть лет назад люди были смелее в высказываниях недовольств. Сейчас вы не услышите разговоров рядом о том, что мы живем плохо, а вот при Украине жили хорошо. Эти темы вошли в список запрещенных.

    Из необычного – нельзя вести научную деятельность с Украиной. Неважно, будет это научная статья о политическом строе древнего Египта или о составе почв, этого делать нельзя. Любые публикации в украинских научных журналах запрещены. Наука может быть либо местной, либо сообща с Россией и посредством ее изданий. Также относятся и к защитам научных работ после 2014-го года. Защитить научную работу в Украине после 2014-го года и вернуться сюда условно можно, но… Это будет то самое «условно», когда реальность и слова резко расходятся. Вернувшегося будут долго проверять спецслужбы, опрашивать соседей, бывших коллег, «мариновать» ожиданием результатов проверок и недоверием. Это время нужно за что-то жить, потому что в бюджетную организацию без результатов проверки не возьмут. В общем, все это весьма сложно и больше похоже на пятно на репутации, которое здесь уже ничем не отмыть.

    Из малого – нельзя бродить после комендантского часа по городу. Нельзя быть без документов и выпившим. За это разный штраф и разные статьи административных наказаний. В среднем такая прогулка обойдется  от 500 до 2000 рублей штрафа, которые оплачиваются в суде.

    Нельзя ездить на автомобиле с украинскими номерами. Все транспортные средства прошли перерегистрацию в «республики» и сменили номерные знаки на местные.

    Нельзя фотографировать/ся у военных объектов и подолгу стоять возле них. Оптимальный вариант – проходить, не поднимая головы, не задерживаясь. Любая излишняя наблюдательность или любопытство вызывают вопросы и… задержание.

    Нельзя сотрудничать с Украиной в любом формате. Любая работа может быть приравнена к вербовке и передаче собранных данных украинским спецслужбам. Причем, интересный нюанс, говоря о таких вот диверсантах, сами разоблаченные диверсанты  почти всегда или умственно неполноценные, или сведения передавали каким-то странным образом напрямую, как делалось лет сто-двести назад. И ловили такого за руку во время передачи сведений, в чем он сразу же сознавался. Но здесь уже другая история – о том, что неуловимыми подрывниками местных памятников был человек с психическим диагнозом, которого не могли поймать лет пять.

    Нельзя ходить возле линии разграничения и фотографировать то, что может раскрыть военные данные. Вроде бы все ясно, но ловят на этом очень многих – кто-то селфи делал, кто-то по наивности фотографировал, кто-то просто гулял. Задержанных долго допрашивают и удерживают в подвалах комендатур, часто привлекая по мере их возможностей к копке траншей или черновой работе на кухне.

    Нельзя выезжать в Украину, являясь сотрудником ведомственных структур и бюджетных организаций. Наказанием может быть и увольнение, и статья.

    Нельзя писать о «республике», не являясь аккредитованным в «республике» журналистом. И это уже статья за измену Родине. А здесь это до 20 лет лишения свободы.

    Більше читайте тут

    Думки авторів рубрики «Думки вголос» не завжди збігаються з позицією редакції «Главкома». Відповідальність за матеріали в розділі «Думки вголос» несуть автори текстів.

    Якщо ви знайшли помилку в тексті, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

    ПОПУЛЯРНІ АВТОРИ
    Роман Шрайк
    Роман Шрайк

    Журналіст

    Юрій Бутусов
    Юрій Бутусов

    Журналіст, громадський діяч

    Володимир Фесенко
    Володимир Фесенко

    Глава Центру політичного аналізу «Пента»

    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ

    Про використання cookies: Продовжуючи переглядати glavcom.ua ви підтверджуєте, що ознайомилися з Правилами користування сайтом і погоджуєтеся на використання файлів cookies Згоден   Про файли cookies