рус

    Натисніть «Подобається», щоб читати
    Glavcom.ua в Facebook

    Я вже читаю Glavcom в Facebook

    Полиция и мажоры. Почему это стало важным для Украины

    • Павло Казарін

      Журналіст

    • Розсилка
    Полиция и мажоры. Почему это стало важным для Украины

    Второй майдан начался с того, что милиция била народ...

    «Второй майдан начался с того, что милиция била народ. Третий майдан начнется с того, что народ пойдет защищать полицию». Эту фразу написал Пылып Духлий. И комментарии в соцсетях убеждают, что во многом он прав.

    Вся эта история началась после того, как патрульная полиция в ходе задержания случайно застрелила пассажира автомобиля, водитель которого пытался сбежать от преследования. Социальные сети раскололись на поддерживающих и осуждающих задолго до того, как стали известны детали. Но даже после того, как эти детали были опубликованы – баланс мнений это не изменило. По одну сторону виртуальных баррикад стоят те, кто предлагает оппонентам представить в роли жертвы полицейской пули своих родных. По другую – те, кто советуют пофантазировать на тему «а если бы вашего ребенка сбила машина, несущаяся на скорости 190 километров в час». И в том, что на всю историю предлагается глядеть через «личное» нет ничего удивительного.

    Потому что эта история – глубоко личная для целой страны.

    Речь не об абстрактном полицейском и не об абстрактной погоне. Не о неких условных юношах за рулем некоего условного BMW. Речь именно о том событии, вторую годовщину которого сегодня вспоминает вся Украина. Речь о Майдане.

    Потому что сам по себе майдан был мечтой о переменах. О новом социальном договоре. О справедливости, которая в дефиците с первого дня независимости. Проблема лишь в том, что очень многие после победы Майдана ждали одномоментных перемен. Как в кино с хэппи-эндом – чтобы последний кадр четко давал понять: у главных героев отныне будет все хорошо.

    А оказалось, что это не фильм, а сериал. В котором повествование отнюдь не так уж линейно. И что даже бегство Януковича не означает, что вместе с ним сбежали все те правила, по которым существовала страна.

    И проникновение Майдана в ткань повседневной жизни оказалось не тотальным, а точечным. Реформы во многом зависели от личностного фактора: упорства и упрямства тех, кто решил тратить личное время на обустройство страны. Причем, в основной своей массе эти перемены обывателю не даны в ощущениях: как он может пощупать систему электронных госзакупок или уменьшение коррупционных окошек? Оно отражается лишь в строчках бюджета, в сэкономленных государству суммах и прочих «виртуальных» – с точки зрения обычного человека – категориях.

    И на этом фоне патрульная полиция стала рельефным, отчетливо видимым и ясным достижением.

    Другие люди, другие машины, другая форма, другой стиль поведения. Страна, истосковавшаяся по тем, кого можно и нужно любить, на это отреагировала: уровень доверия к патрульной полиции обгоняет большинство остальных государственных институтов. В Украине главные маркеры звучат как «свой» и «чужой»: на фоне судей, прокуроров и прочего бестиария единственными «нашими» государевыми людьми для большинства обывателей стали как раз армия и полиция.

    И когда прокурор отправляет патрульного полицейского на два месяца в СИЗО – для гражданского общества это выглядит как история про то, что «чужой» садит «нашего». А если вспомнить, что чуть ранее эта самая «чужая» часть госсистемы отпускала под домашний арест командиров «Беркута» (которые тоже «чужие»), то ситуация обостряется до предела.

    И нет никакого смысла сейчас апеллировать к «праву» и к тому, был полицейский прав или нет. Потому что «право» не должно быть избирательным, когда одни на него могут рассчитывать, а другие – нет. Право и правоприменение работают в роли общественного успокоительного лишь тогда, когда они тотальны и повсеместны. А когда они избирательны и ситуативны – народ начинает жаждать «справедливости».

    И проблема ситуации именно в том, что границы справедливости нигде толком не прописаны. Уличная справедливость и вовсе может пахнуть порохом, кровью и добавлять стальной привкус во рту. Единственный предохранитель от таких сценариев – это доминанта права. Которое отстраненно-равнодушно ко всем, а не только к тем, кто в данный момент объявлен главным нарушителем спокойствия.

    Но если власть провалила реформу прокуратуры и до сих пор не начала реформу судейского корпуса – ей бессмысленно взывать к правовой сознательности граждан. Потому что никакого доверия ни к одной, ни к другой системе они не ощущают. Зато наблюдают в прямом эфире, как ведомства, оставшиеся для них «чужими», начинают играть в правосудие с теми, кто уже успел для общества стать «своим».

    У меня есть ощущение, что два года назад мы все это уже проходили.

    Источник: Крым.Реалии

    Думки авторів рубрики «Думки вголос» не завжди збігаються з позицією редакції «Главкома»
    Коментарі ()
    1000 символів залишилось
    ПОПУЛЯРНІ АВТОРИ
    Богдан Данилишин
    Богдан Данилишин

    Академік НАН України

    Ілля Варламов
    Ілля Варламов

    бізнесмен, громадський діяч, фотограф, блогер

    Юрій Бутусов
    Юрій Бутусов

    Журналіст, громадський діяч

    Володимир Ар`єв
    Володимир Ар`єв

    Народний депутат

    Андрій Іллєнко
    Андрій Іллєнко

    Народний депутат України 7, 8 скликань

    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ