Натисніть «Подобається», щоб читати
    Glavcom.ua в Facebook

    Я вже читаю Glavcom в Facebook

    Солдаты группы «Центр»

    • Юхим Фіштейн

      Міжнародний оглядач Радіо Свобода

    • Розсилка
    Солдаты группы «Центр»

    Ни в одной из стран Центральной Европы выборы не отменены, а холопская преданность кремлевским хозяевам – не то качество, которое здесь выигрывает.

    Все, пишущие о современной России и пропагандистском обеспечении ее внешнеполитических начинаний, обратили внимание на одно, на первый взгляд загадочное, обстоятельство: группа поддержки, которую удалось сколотить из числа европейских политиков, являет собой довольно пеструю и причудливую братию, сложенную равной долей из старых большевиков, лично видевших Ленина, и неонацистов из молодых да ранних.

    На самом деле ничего особо загадочного в этом нет – и те, и другие терпеть не могут демократию за ее избыточную энергоемкость и многословие, зато уважают языческую силу самовластья, олицетворенную в вертикальном государстве, с которым что хочет, то и делает какой-нибудь полубог с черным поясом. На фоне этой объединяющей веры разногласия типа благодарности за освобождение Освенцима или, напротив, отрицания Холокоста кажутся мелкими, как детали часового механизма. Крайности, как известно, сходятся, что дает ультралевым и ультраправым возможность во всех парламентах голосовать единым блоком, а московским средствам массовой информации – утверждать, что путинизм в Европе поддерживают практически по всему политическому спектру.

    Несколько сложнее понять, почему неблагодарную роль защитников интересов Москвы охотно берут на себя некоторые государственные мужи Венгрии, Чехии и Словакии. В результате на восточном фланге НАТО, в самом центре Европы, образовалась некая идейная брешь. Польша с Прибалтикой стали чуть ли не мотором натовских инициатив, Румыния с Болгарией сохраняют принципиальность, даже балканские новички – Албания и окрестности – держат общую линию обороны. А посередине фланга – дырка! Несусветные заявления Виктора Орбана по частоте цитирования российскими журналистами сравнимы разве что с высказываниями беспокойной Марин Ле Пен из французского "Национального фронта", да порой мелькают на главных российских телеканалах лица выдающихся чехов Вацлава Клауса и Милоша Земана, сыплющих из рукавов домашними заготовками.

    И это притом, что именно эти государства Центральной Европы целиком и полностью обязаны своей безопасностью Западу. Понять их пескариную политику сложно, но можно, если, вписывая ее в исторический контекст, рассматривать каждый казус отдельно.

    К примеру, действия венгерского премьера Орбана мотивируются совсем не так, как взгляды бывшего чешского президента Клауса. Орбан в целом против Евросоюза ничего не имеет, скорее Евросоюз имеет кое-что против внутренней политики Орбана. Венгерский лидер объясняет сползание к авторитаризму необходимостью сосредоточиться в канун великих потрясений. В ходе грядущих тектонических сдвигов Венгрия рассчитывает восстановить историческую справедливость и вернуть себе территории, утраченные по результатам двух мировых войн. По аналогии с Россией можно говорить об идее воссоздания "Венгерского мира". А поскольку в пересмотре послевоенных границ Запад большой пользы не видит, а заваривать бучу в одиночку у Орбана нет ни времени, ни сил, он очень рассчитывает на Путина. "От надвигающейся грозы, – изрек этим летом Орбан, обращаясь к венгерской молодежи в румынской Трансильвании, – мы можем только выгадать". Здесь надо ясно отдавать себе отчет в том, что под надвигающейся грозой разумеется не что иное, как большая война с последующим земельным переделом. Ее отмашкой должен был стать раздел Украины, с которым Орбан связывал собственные дерзкие мечтания: Закарпатье он уже видел пыльной окраиной "Венгерского мира".

    На этом фоне пропутинская позиция соседней Словакии выглядит несколько несуразной – ведь на ее территории довольно компактно проживают полмиллиона этнических венгров, и отчуждение Кошице, Комарно и других областей словацкого юга хорошо вписывается в планы восстановления исторической справедливости по-венгерски. Странность объясняется просто: в годы войны националистическое Словацкое государство, как и Венгрия, входили в состав гитлеровской коалиции. И там, и тут сегодня просматриваются тенденции к ползучей реабилитации националистических лидеров тех времен, коллаборационистов и фашистских организаций типа партии "Скрещенные стрелы" и "Глинковской гвардии". Премьер Словакии Роберт Фицо, недоперевоспитанный коммунист, является политическим прагматиком в самом циничном значении этого слова. Антипутинских санкций он не поддерживает, но и демонстративно не нарушает и вообще старается зря не светиться. Крайности, как сказано, сходятся, и левак Фицо разделяет с палеоконсерватором Орбаном симпатии к волевому хозяину Кремля.

    Бывший чешский президент Вацлав Клаус никогда не делал секрета из своего почти эротического отношения к сильным восточным руководителям, настоящим мужикам. Он любил даже туркменбаши Ниязова. Клаус не скрывает восхищения всем, что сделал – или тем, что в будущем может походя сделать – Путин. Клаус понимает, что безоговорочно хвалить такой режим неприлично, поэтому время от времени повторяет, что в путинской России он лично жить бы не хотел, но, отдав дань условностям, горячо поддерживает любые конкретные шаги своего идола на всех театрах военных действий, хоть в Грузии, хоть на Украине. Перепевая зады московской пропаганды, он именует Европейский союз поочередно то фашистской, то коммунистической диктатурой, которая того и гляди развалится, повторив судьбу СССР. Критиковать Евросоюз вообще-то не зазорно, но зазорно делать это в нерукопожатных компаниях.

    Нынешний президент Чехии Милош Земан едва успевает находить свежие аргументы в пользу капризных разворотов кремлевской центральной линии. Можно смело ставить на то, что он всегда найдет в себе понимание любого путинского самодурства. Московские интервьюеры представляют его своим зрителям как "известного чешского диссидента и борца за права человека", и в этой наивной лжи – вся глубина нравственного падения путинизма. Обречен режим, который не может найти в своих рядах образцы для подражания и вынужден искать подпорки в заемном моральным авторитете своих противников.

    Земан никогда не был диссидентом, не говоря уже о защите преследуемых в любой форме. Бывший коммунист, он всю свою дореволюционную жизнь проработал в странном заведении, именуемом Прогностическим институтом. Странность заведения заключалась в том, что ни такой науки, ни таких научно-исследовательских институтов в остальном мире нет и не было. За годы напряженной деятельности его сотрудники не смогли предъявить общественности ни одного сбывшегося прогноза, зато после "бархатной революции" возглавили все главные партии политического спектра Чехии – от коммунистов и социалистов слева до гражданских демократов и консерваторов справа. Из бывших прогностиков в значительной степени формировались и все сменявшие друг друга правительства.

    В печати уже было высказано подозрение, что эта кузница партийных кадров была с самого начала спецпроектом советской гэбухи. Первую свою работу, критикующую косное руководство экономикой страны и ставящую ей в пример горбачевскую перестройку, Милош Земан опубликовал в августе 1989 года, за три месяца до революции – не в самиздате, разумеется, а в специализированном официозе. Диссидентов чешский президент на дух не переносит, ни старых, ни новых. Виктора Файнберга, участника протеста на Красной площади против оккупации Чехословакии в августе 1968-го, он назвал свихнувшимся моралистом, повторив тем самым старый диагноз советских "карательных психиатров". О девушках из группы Pussy Riot чешский президент отозвался как о грязных шлюхах последнего пошиба, изрыгая при этом такую брань, за которую даже в сверхлиберальной Чехии его запретили пускать в прямой эфир общественного радио и телевидения.

    Не удивительно, что не правдоискатель Файнберг, которого четыре года ломали по психушкам нейролептиками, да так и не сломали, а часто пьяненький Земан является для московских пропагандистов "настоящим диссидентом и правозащитником". Тактика давно отработана, смысл ее в том, чтобы украсть у противника позитивные бренды и вывернуть их наизнанку.

    Не исключены и другие, более меркантильные мотивы, объясняющие, почему некоторые лидеры трех посткоммунистических государств Центральной Европы оказались самыми шумными в пророссийской фронде внутри ЕС. Их крупный бизнес завязан на российский рынок, он во многом сложился вокруг личных связей, возникших между деловиками еще в годы комсомольской юности. В Венгрии, например, большинство общенациональных предприятий, начиная с авиалиний и кончая энергетикой, перешли в руки российских олигархов, своим имуществом обязанных, как известно, лично Путину. Комиссионные от крупных сделок бесследно исчезают обычно в партийных и беспартийных кассах. В Чехии принцип qui pro quo (в вольном переводе "от нашего стола – вашему столу") работает чуть более хитроумно: в обмен на следование в фарватере путинской политики президент торит дорожку какому-нибудь крупному чешскому бизнесмену, а тот из чистой благодарности годами финансирует президентский благотворительный фонд или институт передовой мысли "имени меня". Иногда это делается напрямую, без посредников: компания "Лукойл" включается в издательский бизнес, обеспечивая всемирное распространение произведений Вацлава Клауса, а руководитель местной сети бензоколонок той же российской фирмы возглавляет по совместительству избирательную кампанию Милоша Земана, а потом и коллектив его советников. Получается чисто, прозрачно – и никакой коррупционной тягомотины.

    Для тех, кого набросанная выше мрачноватая картинка вгоняет в депрессию, добавлю ободрительную деталь: при всем своем необоримом желании властвовать упомянутые политики – не диктаторы. Система не позволяет. Государства европейского центра прочно встроены в структуры ЕС и НАТО. Там эти деятели видятся пустозвонами и сумасбродными уклонистами, не представляющими особой опасности для общества. У себя дома им противостоят мощные силы. Орбан недавно вынужден был отменить некоторые нелепые законы под нажимом протестующей улицы. Он вообще сейчас выглядит обескураженным – Путин явно не оправдал возложенных на него ожиданий. Роберт Фицо, похоже, готов выбросить на ринг полотенце – словацкая печать пишет о его предстоящей отставке как о решенном деле. Он и сам обещал уйти из большой политики, если проиграет президентские выборы, – и таки проиграл их с гигантским отрывом правоориентированному новичку и убежденному европейцу по имени Андрей Киска. Чешский президент своими эскападами вызвал волну протеста, не имеющую аналогий в стране. В присутствии коллег-президентов из четырех государств Центральной Европы, включая немца Йоахима Гаука, Земан был освистан и забросан яйцами толпой демонстрантов. Только за ноябрь его поддержка упала на 20 процентов, и сейчас колеблется где-то в районе 35 пунктов.

    Ни в одной из стран Центральной Европы выборы не отменены, а холопская преданность кремлевским хозяевам – не то качество, которое здесь выигрывает. Для внутреннего пользования и для поддержания пропагандистских штанов такие фигурки, конечно, могут время от времени извлекаться из нафталина. Но потраченные на них деньги выброшены на ветер: блокирующего меньшинства, о котором мечтал Путин, из них явно не получится.

    Думки авторів рубрики «Думки вголос» не завжди збігаються з позицією редакції «Главкома»
    Коментарі ()
    1000 символів залишилось
    ПОПУЛЯРНІ АВТОРИ
    Дмитро Орєшкін
    Дмитро Орєшкін

    Російський політолог

    Мустафа Найєм
    Мустафа Найєм

    Народний депутат

    Микола Сунгуровський
    Микола Сунгуровський

    Директор військових програм Центру Разумкова

    Кирило Сазонов
    Кирило Сазонов

    Політичний оглядач

    Тарас Возняк
    Тарас Возняк

    Головний редактор незалежного культурологічного журналу «Ї»

    НАЙПОПУЛЯРНІШЕ