Виталий Ким: Снарядов нам не хватает, остальное – мелочи
![Виталий Ким: Снарядов нам не хватает, остальное – мелочи](/img/article/8530/18_main-v1655221686.png)
«Экономика региона – в заднице»
Глава Николаевской обладминистрации Виталий Ким – один из самых известных украинских чиновников военного времени. У него очень острый язык и он не сдерживается в комментариях по поводу врага.
Ким называет Николаев одной из целей для следующей атаки рашистов, однако уверен, что их планы провалятся. Тем не менее, мирным жителям возвращаться руководитель не советует в область – регион постоянно обстреливают. Разрушено даже здание обладминистрации.
«Вдруг мы подорвем мосты»
Вы считаете, что в ближайшие месяцы россияне могут атаковать Запорожье и Николаев. Чем именно эти два города так важны для них?
Это не самые ценные для них города, они стоят на их пути. Это просто первые города, которые они могут использовать в качестве плацдармов, чтобы продвигаться и развивать наступление. Они бы и в Киев, и во Львов ушли, если бы могли.
Ну, в Харьков они до сих пор войти не могут, хотя вообще рядом с границей.
Но они пробовали. Харьков просто большой город, его трудно оккупировать.
А Николаев?
В Николаеве у них тоже не будет вариантов. Город расположен между двумя реками, и если что-то будет назревать, мы просто два моста подорвем. Николаев в таком случае – это просто тупик, потому что им придется обходить реку.
Считается, что если россияне оцепят Николаев, это откроет им движение в Одессу.
В их планах было войти в Вознесенск, построить переправы и двигаться в сторону Одессы. Рассчитывали, что Николаев сам покажется, когда попадет в окружение. Но этого не произошло и именно в Николаеве их прорыв крайне маловероятен.
Вы просто с интервалом в несколько дней этого месяца делали заявления, что ситуация в Николаевской области улучшилась, а затем ухудшилась. Как вы ее оцениваете по состоянию на сегодня?
Это несколько разные контексты. Если говорить о военных действиях и оперативной обстановке, то ситуация улучшилась, а вот в плане обстрелов она ухудшилась, потому что страдают мирные жители. И эти ситуации взаимосвязаны: когда у наших Вооруженных сил есть определенный успех на линии фронта, противник увеличивает обстрелы по гражданским.
Что дает вам основания для оптимистических заявлений о том, что возвращение многих территорий на юге – только вопрос времени? Только ли поставки западной артиллерии?
Возвращение наших территорий – это действительно вопрос времени. А дальнобойная артиллерия позволяет работать по территориям, к которым мы не доставали раньше. В частности, системы реактивного залпового огня тоже нам нужны, потому что сейчас по всему фронту идет война артиллерии. Танковых битв, как было в 1945 году, нет, и, конечно, преимущество в качестве артиллерии дает преимущество на поле боя.
Генерал ВСУ Дмитрий Марченко, с первых дней полномасштабной войны руководивший обороной Николаева и области, рассказывал, что город хотели захватить по примеру Мариуполя. Как сейчас строится оборона Николаева?
Генерал Марченко был антикризисным менеджером и обладал качествами, которые были очень необходимы в тот момент, чтобы все объединились и работали. Такой у него был стиль руководства. А сейчас уже хорошо отлажена коммуникация между всеми ветвями, все уже глубоко в теме, вся система сбалансирована, поэтому качество работы другое.
Она и тогда была сбалансированной, прямо сейчас усилилась.
«Водители фур боятся ехать в область»
В каком сейчас состоянии экономика области из-за ракетных ударов по инфраструктуре и блокаде портов?
Экономика региона – в заднице. Порты отрезаны, мост они разбомбили, соответственно, логистика нарушена. Мы были очень плотно связаны с Херсонской областью – бетон оттуда поставляли, кирпич, томаты, клубнику… Мы всем обменивались и сотрудничали, есть предприятия, у которых два объекта в Херсоне, а два – здесь. И они друг без друга работать не могут.
Вдобавок, учитывая близость фронта, риски для предпринимателей соответствующие – заблокированные выплаты по капитальному строительству, выплаты зарплат и т.д. То есть предприятия просто выживают, о том, чтобы развиваться, речь не идет.
Николаевщина – южный регион, где действуют крупные аграрные холдинги, например, «Нибулон». Насколько пострадала посевная кампания и что происходит с запасами аграрной продукции, которые из-за блокирования логистики невозможно вывезти?
Через две недели будут собирать озимые, которые посеяли осенью. Все аграрии, в частности, и «Нибулон», находятся в такой же ситуации, что и другой бизнес, потому что обслуживать кредиты сейчас очень сложно. Все эти кредиты были завязаны в основном на экспорт. А сейчас все стоит, в частности, и речной транспорт, который работал на Днепре.
Железнодорожные пути, которые были повреждены, были настроены привозить продукцию в порты. Переправить те объемы, которые отгружались через порты, на железную дорогу очень тяжело и проблемно. Разрешиться эта ситуация может только нашей победой и разблокировкой логистики в целом. Конечно, можно потратить время на ремонт моста и восстановление сообщения, но одна ракета с той стороны – и снова ничего не будет работать.
Как скоро восстанавливается инфраструктура после этих ракетных ударов?
Есть человеческий фактор: водители фур просто боятся ехать в Николаевскую область, даже в безопасные районы. Не хотят рисковать. Это дополнительно ущемляет наши возможности в логистике. Мы решаем эти вопросы, но все идет тяжело. Кроме того, у нас же людей призывают на войну – тех же механиков, которые согласились бы в сельском хозяйстве. Считаем по пальцам технику в хозяйствах, потому что ее тоже изымают для боевых действий.
В настоящее время логистика нарушена почти во всех регионах. Чего не хватает именно Николаевщине?
Снарядов нам не хватает, остальное – мелочи.
Снаряды-снаряды, но речь идет и о жизни гражданского населения. Почти половина жителей выехали из Николаева и понятно, что сейчас не нужно тратить ресурсы для обеспечения региона, например, едой, как до войны.
Давайте по классике: людям не хватает денег, потому что нет работы. Были бы деньги, а товары найдутся.
Товаров у нас хватает, конечно, по меркам военного времени. Люди выживают, живут скромнее, о курортном сезоне тоже вообще речь не идет. Но продукты есть, гуманитарная помощь развозится, и мы так можем долго жить. Однако не хотим. Мы хотим поскорее завершить эту войну.
«Нельзя расстреливать коллаборантов без суда и следствия»
Каков уровень безработицы в области и какие сферы наиболее пострадали?
Больше всего сектор, связанный с малым бизнесом. Большие предприятия также урезают свои штаты, бюджетников мы пытаемся тянуть, есть люди, только две трети зарплаты получают. Глобально у всех доходы упали, соответственно и спрос на товары упал.
Что с криминогенной обстановкой? Ибо, с одной стороны, у людей стало меньше средств, и они должны их где-то искать, иногда не очень законно, а с другой – например, в столице после 24 февраля фиксировалось на порядок меньше преступлений.
Как бы вам это правильно сказать: мы всех показательно правильно воспитали. У нас есть спортивные ребята, плюс созданный областной караул, и мы демонстрировали еще в первые дни, что мы делаем с мародерами. Все поняли, что во время войны лучше вести себя хорошо. Поэтому у нас, тьфу-тьфу, все в порядке с криминогенной обстановкой, показатели даже улучшились.
Вы и мэр Николаева Александр Сенкевич призвали мирных жителей пока не возвращаться. Этот призыв до сих пор актуален? В общем, сейчас много местных возвращается, что можно оценить по косвенным признакам (данные мобильных операторов, количество мусора)?
Совет не возвращаться актуален до сих пор. Она связана с тем, что в течение двух недель идут обстрелы артиллерийскими системами. Они более опасны, чем «смерчи» и «грады». У нас долгое время не было убитых. Половина жертв из-за того, что люди близко к окнам подходили или поднимали неразорвавшийся снаряд.
Но люди возвращаются вне зависимости от того, что угроза увеличилась. По разным причинам: скучают по семье, нет денег, все надоело, соседи говорят, что уже нет ничего страшного… Насколько это массово происходит, мы увидим где-нибудь с лагом в месяц.
По каким признакам вы делаете вывод, что люди возвращаются?
По количеству людей, машин на улицах.
Какова судьба Николаевского глиноземного завода, принадлежащего российскому олигарху Олегу Дерипаске, попавшему под санкции? Или его национализируют?
Это решение будет приниматься СНБО. Там, на этом заводе, работает семь тысяч наших людей, которые до сих пор получают зарплату. На мой взгляд, этот завод находится в определенном звене производства и сам по себе не может создавать дополнительную стоимость. Если его национализировать, он просто уйдет под нож. Сейчас завод обслуживает шламовые поля, качает для нас воду, но не работает. Выплачивают зарплату людям из запасов, но это ненадолго.
Видите ли вы в области потенциальных коллаборантов, вроде Владимира Сальдо в Херсоне?
Вижу, но их нельзя расстреливать без суда и следствия. Мы их высчитываем, со многими работают спецслужбы. Но тем потенциальным коллаборантам, которые не нарушают закон и не поддерживают связей с россиянами, ничего сделать нельзя. Поддерживающих мы ловим.
Из каких кругов эти люди, из каких политических сил?
Это – люди из политической силы пид…сов. Им не важна страна, для них важна социальная ступень.
То есть, они просто сидят и ждут?
Я бы не сказал, что ждут. Просто всегда найдется какой-нибудь дворник, который захочет что-то возглавить. Среди николаевской элиты, которая имеет какое-то понимание того, что происходит, таких нет.
А как, кстати, местная элита отреагировала на эти события?
Часть уехала, часть помогает армии. Все неоднородно, но на 90% все объединились и трудятся на нашу победу. Даже те, от кого этого не ожидали, честно сняли шапки и признали, что были дураками и все поняли.
Кому из ваших коллег-глав ОГА сейчас наиболее тяжело?
Естественно, в Донецкой и Луганской области.
«Резервы РФ не бесконечны. Сейчас у них приказ – зарываться»
Насколько сейчас существенны для Николаевщины угрозы из Крыма?
Россияне все резервы сосредоточили на Востоке, потому у нас нет по всей линии фронта активных боевых действий. Они просто зарываются в два-три ряда и сидят. Резервы же в России тоже не бесконечны. Их план – окопаться на уже захваченной территории, чтобы дальше нападать. Сейчас у них приказ – рыть окопы.
Как активны сейчас в области диверсионные группы?
Думаю, россияне в кошмарных снах видят, как заходят диверсионными группами в тыл Украины. Их же на каждом столбе с удовольствием будут развешивать.
Возможно, есть спящие группы для каких-то точечных суперсекретных задач, но их мало и для них нет перспективы. В основном, диверсионные группы – это какие-то недалекие люди, которые в силу своего мировоззрения помогают врагу. Но это не системная история, наша разведка работает на порядок лучше.
Вы являетесь очень медийным руководителем области и одним из тех представителей власти, которые своими сообщениями и выступлениями поднимают боевой дух украинцев. Как вы считаете, могут ли власти в военное время подавать информацию, что-то украсив или даже перекрутив?
Если помнить, что пропаганда – неотъемлемая часть войны, нужно давать информацию, которая приведет к наибольшему результату и приблизит к цели. Я как раз считаю, что коммуникацию не нужно использовать, чтобы попиариться. Я бы за такой пиар в крови расстреливал.
Кстати, вы упоминали о крепких связях с Херсонщиной. Есть много предположений, что Херсон просто сдали. Возникают вопросы, как там все это время работал мэр города Игорь Колыхаев, когда город фактически был уже под оккупантами?
Скажем так, если бы его там не было, было бы похуже. Все-таки происходила хоть какая-то коммуникация и работа с местным самоуправлением по отношению к гражданским лицам. Но ведь его уже выгнали из мэрии и он не управляет процессами.
Павел Вуец, «Главком»
Коментарі — 0